Таким было состояние страны, когда на конференции в Москве (Московская государственная конференция, созванная премьер-министром Керенским, чтобы консолидировать общественность в поддержку Временного правительства, состоялась 27 августа 1917 года. На ней присутствовало около 2 тысяч политиков и официальных лиц, представителей различных союзов, Советов и т. д.) собрались представители всех партий, чтобы выразить свое мнение. Были приглашены все, кроме большевиков. Речь генерала Корнилова, бывшего командующего Петроградским гарнизоном, а теперь главнокомандующего армией, собравшиеся встретили бурной овацией, когда он отметил все печальные подробности наших дней. Он призывал правительство действовать и твердой рукой защитить идеалы, которые были у всех на уме в начале революции. Особенно он просил ввести законы, чтобы подавить нехватку дисциплины в армии и отменить нелепые меры, превратившие нашу великолепную боевую машину в трагический фарс.
Блестящая речь Корнилова вызвала восхищение не только слушателей, но и представителей разнообразной прессы. На следующий день она была опубликована во всех российских газетах. Корнилов был готов с риском для себя поднять армию и просил только, чтобы правительство поддержало его, выразив официальное согласие, и заявил, что берет на себя всю ответственность за возмущение, которое могут вызвать репрессивные меры.
При появлении Керенского на конференции стали раздаваться критические замечания в его адрес, поскольку его авторитет явно пошатнулся. Керенский пытался укрепить его, выразив желание пойти на уступки даже самым низшим слоям общества. Он говорил очень неестественно, без прежнего воодушевления. Его лозунги, устарев, казались бессмысленными и ни на кого не действовали. Его попытки дать объяснение огромным драматическим ошибкам прошлых месяцев были неубедительны.
Московская конференция, на которую возлагали столько надежд, так и не приняла никакого решения. К ее завершению в Москве состоялась демонстрация большевиков, выкрикивавших обвинения в том, что правительство пригласило принять в ней участие только «консерваторов и контрреволюционеров». Как обычно, военных сил для защиты правительства не оказалось, поэтому конференция прервалась и министры стремительно покинули Москву. После этого толпа тоже успокоилась. Корнилов вернулся в Ставку в Могилев, правительство — в Петроград, а Родзянко, генерал Брусилов (Брусилов Алексей Алексеевич (1853—1926) — генерал, бывший командующий Юго-Западным фронтом и герой 1916 года, был непосредственным предшественником Корнилова на посту Верховного главнокомандующего (смешен после Тарнопольской катастрофы, упомянутой автором). Позже сотрудничал с большевиками в войне с Польшей (1920—1921)) и все остальные, которых не так давно считали революционерами, а теперь называли контрреволюционерами, были вынуждены отказаться от публичных выступлений и навсегда исчезли из вида.
Свободное копирование
