Беседа со Сталиным - 1

Тетрадь четвертая

(1926-1927)

МЕКСИКА

Беседа со Сталиным. — Путь на Мексику. — В пути (из писем к Зое Шадурской). — Полпредом, в Мексике. — Церемония вручения грамоты. — Текущая работа, — Инцидент с помощью из Москвы стачечникам. — Политическая атмосфера сгущается. — Теотиуакан и об истории Мексики. — Куорневака.— Кристерасы наглеют. — Народные праздники. — Письмо старому товарищу. — Налет на АРКОС. — Итоги. — Отъезд.

Беседа со Сталиным

 ПОСЛЕ ратификации с норвежским правительством торгового договора, а также передачи торговых дел нашему торгпреду, я почувствовала, что в Норвегии моя работа становится менее нужной. Все основные проблемы были разрешены: признание нас де-юре; разрешение шпицбергенского вопроса; принятие постоянного, а не временного торгового договора с Норвегией; подписание соглашения об Олесуннской концессии о бое тюленей в наших водах (этим установлена зона наших территориальных вод) и ряд других, более мелких вопросов.

 Наркоминдел, вернее Литвинов, считал нецелесообразным мой уход из Скандинавии, однако, по моей просьбе, постановлением Политбюро мне разрешен был уход из Норвегии и двухмесячный отпуск. В августе 1926 года, по возвращении из отпуска в Москву, я узнала, что меня намечают в Мексику, но что Максим Максимович еще не дал своего согласия.

 Сталина я в Москве уже не застала. Он после партийной конференции уехал на Кавказ. Молотов[1] вызвал меня, чтобы договориться о моем назначении на новый пост, но Литвинов был против Мексики. Он уверял, что я не выдержу климата и даже принес мне огромный атлас, чтобы показать, как далеко я буду от Союза. При том он добавил: пост весьма беспокойный и не из приятных, и нечего рассчитывать на скорое возвращение. В Мексике придется пробыть по крайней мере два года без отпуска в Союз.

 Признаюсь, что после беседы с Литвиновым я сама заколебалась насчет Мексики и попросила новой встречи с Вячеславом Михайловичем. Молотов, выслушав мои сомнения, сказал, что считает возражения Литвинова неосновательными, но так как на днях ожидается возвращение тов. Сталина в Москву, я могу еще лично поговорить с ним.

 "Если мое назначение в Мексику все же состоится, я бы просила в таком случае дать мне с собою хоть одного знакомого мне сотрудника". И я предложила Пину Васильевну, дав ей хорошую характеристику. "Эта ваша просьба вполне разумна, и мы ее учтем". С этими словами Молотов прошел в другой конец комнаты к особому телефону. "По наркоминдельским штатам нет свободных мест в Мексике. Но вы ведь будете там совмещать полпреда и торгпреда. Проведем вашу Пину Васильевну по линии Микояна". Это было сказано с приветливой улыбкой, что меня ободрило. "Впрочем, — добавил Вячеслав Михайлович, — мы ведь еще агремана для вас не запросили. Мексика, может, и не захочет вас принять. Ведь вы во время войны вели агитационную работу в США. Как видите, ваша поездка за океан еще висит в воздухе, так что заранее огорчаться нечего".