Кино и жизнь - 118

И наконец-то наступило седьмое июля. Это был вторник. Я проснулся в восемь утра, по-быстрому собрался, прихватив абонемент и деньги на дорогу, и вышел из дома. До начала моего сеанса оставалось ещё полтора часа, но я поспешил на него, думая ехать к "Ударнику" не на метро, а на наземном транспорте. Мне захотелось сэкономить деньги на дороге, так как на подземке "зайцем" не прокатиться, а на наземном транспорте это сделать можно. И я почти час, опасаясь контролёров, добирался сначала на автобусе, а потом на троллейбусе до Малокаменного моста.

На площади у Моста я был без пятнадцати десять. Переходя Полянку и набережную, я обратил внимание на народ, идущий в моём направлении, стараясь угадать, топает ли он на кино, как и я, или спешит куда-то мимо по другим делам. Подходя к "Ударнику", я увидел, как туда группами и поодиночке то и дело втекают зрители.

Первые двери кинотеатра я миновал и ради любопытства прошёл во вторые, ведущие в кассу. Тут работало лишь одно окно, и к нему вытянулась приличная очередь. И людей к этому оконцу приманивала, конечно же, вывеска маячившая над стеклом: "Продажа абонементов на вторую фестивальную неделю". Я пожалел, что из-за нехватки средств не могу прикупить себе второй абонементик, и вышел из кассы. Но прежде, чем идти в "Ударник", я подошёл к афише фестивального репертуара, чтобы уточнить, какими кинофильмами меня сейчас будут удивлять.

Уставившись на первые строчки афиши, я прочёл: "Песчаные дюны" — Польша (1ч. 30мин.). "На несколько долларов больше" — Италия (2ч. 10мин.). Запомнив два этих названия, я двинулся знакомиться с их содержанием.

Часы около "Ударника" показывали без пяти минут десять. Присоединившись к последним зрителям, торопящимся на сеанс, я вошёл в кинотеатр. При входе в фойе я миновал двух бдительных билетёрш, одна из которых ополовинила мой первый листик-билетик в моём абонементике. В темпе поднявшись в партер, я прошёл к первым рядам и уселся на своё место. Оглядевшись вокруг, я увидел, что и внизу, и вверху все кресла были заняты кинолюбителями. И тут резким перезвоном заголосил звонок, и в зале начал медленно гаснуть свет, предлагая всем собравшимся приступить к просмотру большого кинопредставления.

Свет полностью растаял под потолком. Зрители затихли. С лёгким шорохом в стороны разъехался занавес, и раскрылся экран. И там, на голубом фоне проявилось изображение земного шара с большой римской цифрой "VI" и надписью: "Московский Международный Кинофестиваль". И в опустившемся затишье разнёсся торжественный голос, льющийся из динамиков: "Уважаемые кинозрители, поздравляем вас с открытием Шестого Московского Международного Кинофестиваля и предлагаем к просмотру его внеконкурсную программу". Поздравление закончилось, и на экранном полотне обозначились иностранные слова, и невидимый диктор перевёл их: "Песчаные дюны".

Меня удивил зазвучавший перевод — в нашем прокате зарубежные фильмы шли уже дублированными. Пока я привыкал к такой необычной форме показа, были оглашены имена режиссёра и актёров, создавших фильм, и заблистал киносюжет.

Показалось бездонное небо, солнце на нём, знойное марево, голубое море и небольшой песчаный островок. К островку подплывает катер. Из того катера высаживаются на песочек два пассажира — мужчина и женщина. Они шагают вглубь безлюдной суши, устанавливают палатку и начинают устраивать свой быт. Так произошло представление двух главных героев. А затем начали раскрываться их непростые взаимоотношения. Они, оказывается, притащили с собой на отдых "мешок" зародившихся противоречий и задумали в спокойных условиях разобраться в них.

Он и Она живут на островке: расхаживают полунагими, купаются, загорают и пытаются сблизиться друг с другом. Но ни прекрасная погода, ни ласковое море, ни умиротворённое одиночество не помогают этой паре вернуть свои прежние чувства.

Проходит несколько дней, и к острову подчаливает большая моторная лодка с шумной разнополой молодёжной компанией. Среди пассажиров вспыхивает ссора, и одна из девушек покидает лодку и выпрыгивает на берег. Она в обиде на друзей уходит вглубь пляжа, но её громко призывают вернуться назад. Девушка не откликается на зов ребят, и те заводят мотор и уплывают. Беглянка погоревала немного на песочке и пошла осматривать своё пристанище. Она поднялась на взгорок и там наткнулась на туристическую палатку с распахнутым пологом. У её входа чернело загашенное кострище, лежали чистые тарелки с ложками и помытый котелок, а у порога стояла большая сумка. Беглянка осмотрела маленькое жилище, пески вокруг и без смущения потянулась к сумке. Она нашла в ней хлеб, колбасу, овощи и фрукты. Отломила по куску хлеба и колбасы, взяла помидор, опустилась на песок и принялась с аппетитом поглощать еду.

Пока бесцеремонная гостья доедала импровизированный бутерброд, пришли хозяева палатки. Они не удивились незнакомке, так как видели причалившую к пляжу моторку и заметили, как с неё сбежала одна из пассажирок. Гостья, жуя, поздоровалась с хозяевами, и они ей ответили приветствием. Мужчина заинтересовался новой островитянкой, а его подруге она не понравилась. И подруга, чтоб показать своё неудовольствие её появлению, демонстративно проверила содержимое продуктовой сумки и, закрыв её на молнию, убрала в самую глубь палатки.

С этого момента на небольшой территории, окружённой морем, образовался любовный треугольник. Главный герой потянулся к юной незнакомке, думая найти в ней родственную душу. А та захотела соблазнить его, чтобы досадить его подруге за нелицеприятный приём у палатки. Главную героиню захватила пронзительная ревность к беззастенчивой сопернице. Но герой, не обращая внимания на косые взгляды подруги, провёл вместе с незнакомкой весь день. И, находясь вместе с соблазнительной особой, герой так и не понял — нужна ли она ему, или всё же ему дороже его давнишняя любимая, и надо с нею продолжать находить взаимопонимание. Опустился вечер, интрижка с интимом не состоялась. За юной незнакомкой вернулись её друзья, и она убралась с ними с острова.

А на другой день и главные герои собрали свои пожитки, чтобы покинуть безлюдное место. К острову опять причалил катерок. И оба героя взошли на палубу и покинули своё временное убежище, так и не избавившись от поселившихся меж ними трений. И осталось загадкой, продолжат ли они быть вместе, или разойдутся навсегда в разные стороны. И с видом растворяющегося в туманной дымке катерка окончился фильм о двух потерявших духовную близость людях.

Зажёгся свет, и я вышел из зала. Как отнестись к просмотренной картине, я не понимал. Не сказать, чтобы она была плоха, но и восторга она тоже не вызывала. И я постарался выкинуть из головы её тягучую замысловатость и понадеялся, что второй кинофильм будет получше.