И только 19 декабря сводный отряд с четырьмя пушками вступил на сахарный завод, а две роты Семеновского полка заняли Прохоровскую фабрику. Производились обыски, расправа, расстрелы.
Приведу здесь описание расправы на Пресне, написанное под свежим впечатлением {"Москва в декабре 1905 года", изд. Кохманского, 1906 г.}:
"После нашествия на Пресню, последняя представляла картину полного разрушения. Во многих местах пылали дома, подожженные артиллерийским огнем. Дым окутывал всю местность. Ружейная пальба не стихала. Спасающиеся от пожара жители то и дело натыкались на ружейные залпы солдат, охотившихся за людьми, как за зайцами. Стреляют по группам и одиночкам.
Вот выходит из дома какой-то человек и просит разрешения пройти. Ему разрешают. Но тут же стреляют по нем. Тот падает, раненный, собирает последние силы и ползком направляется к дому. "Ну, ползи, ползи, может быть, и доползешь", -- смеются семеновцы и несколькими новыми выстрелами добивают его. Или еще случай. По улице едут два пассажира, натыкаются на патруль. Последний обыскивает их. У одного находят револьвер.
"Иди, да не шибко, все равно далеко не уйдешь". Тот, действительно, через несколько шагов падает, сраженный пулей в спину.
Тут же на Пресне показывается толпа обезумевших от ужаса обывателей. Они спасаются от удушливого дыма. Из одного дома раздается выстрел, и стоящие тут солдаты открывают огонь по толпе растерявшихся и стоящих с поднятыми вверх руками людей. Из-за угла показывается студент без шапки, в расстегнутом пальто и форменной тужурке. По нем открывают стрельбу. Он зашатался и прислонился к стене дома, выронив револьвер. К нему подбегает пожарный и каким-то железным орудием ударяет его по голове. Студент падает, обливаясь кровью. Пожарный еще раз ударяет его по голове. После этого подскакивают казаки и добивают его шашками и прикладами.
В то же время на дворе Прохоровской фабрики полковник Мин расправляется с забранными в спальнях рабочими и дружинниками; находившихся здесь сестер милосердия пропускают сквозь строй казачьих нагаек: некоторые из них тут же падают. Шестнадцать человек по мановению бравого полковника отводят "налево" -- к расстрелу. После этого славного подвига полковник Мин троекратно лобызается со стрелявшими солдатами и благодарит их словами: "Спасибо, братцы, поддержали Россию".
Потом сюда сводили задержанных и здесь чинили "скорый суд". По указаниям городовых и пожарных, задержанных делили "направо и налево". Последних отводили на Москва-реку для расстрела.
Широко практиковались в это время также избиения и порки в участках.
Кроме Пресни, особенно зверская расправа была произведена на Казанской железной дороге. Эта расправа описана в книге В. Владимирова, корреспондента газеты "Русь": "Карательная экспедиция отряда Семеновского полка на Московско-Казанской железной дороге". Факты, оглашенные Владимировым, произвели тогда сильнейшее впечатление. Книга была конфискована, но успела разойтись в большом количестве. Приведу здесь общее описание событий из этой книги:
"16 декабря 1905 года выехал из Москвы отряд лейбгвардии Семеновского полка в составе шести рот при двух орудиях и двух пулеметах. Он ознаменовал свой путь по Московско-Казанской железной дороге, на протяжении ста с лишком верст, кровавыми деяниями, которые будут отнесены к ярким моментам революционного движения в России и занесены на страницы истории.
Весь этот путь со станции Москва и до станции Голутвино обильно полит человеческой кровью.
Карательная экспедиция Семеновского полка задалась целью отомстить народу за все его стремления к свободе, к свету, к улучшению своего экономического быта, отомстить за нераспорядительность, бессилие и преступность правительства и достойно наказать народ за все его попытки... для устрашения населения в настоящем и для примера ему в будущем. Она решила оставить в памяти местного населения неизгладимый след кровавой вакханалии с безумными жестокостями, упиваясь ими в своей дикой злобе.
Карательной экспедиции нужно было отомстить народу, безразлично, в лице кого. Отомстить -- сильно, жестоко; несущественно только -- отомстить в лице ли истинных виновников революционного движения, или в лице случайно встретившихся, невинных людей; те и другие одинаково дороги народу, одинаково им любимы, а потому месть в том или другом виде свое дело сделает. Важна для экспедиции была быстрота действий, которая порождала ужас, решительность и неуклонность военачальников, не останавливавшихся хотя бы на одну минуту раздумья перед совершением величайших преступлений.
И эта роль была выполнена составом экспедиции из восемнадцати офицеров под командой полковника Римана и отряда солдат. Было убито ими более ста пятидесяти человек, без суда и следствия, без права сказать свое последнее слово, без возможности знать за минуту до смерти, что будут убиты, без последнего "прости" своим детям, женам, родным. Все это было исполнено!.. И все это вселило ужас, который кровавым призраком гнался вслед за уходящим поездом, где жестокие мстители праздновали свою кровавую победу под стоны умирающих, избитых, израненных людей, заглушаемые грохотом и лязганием несущегося поезда и звоном бокалов "веселого пира".
Перед отъездом карательной экспедиции из Москвы 15 декабря был получен начальником экспедиции полковником Ри-маном приказ от командующего полком флигель-адъютанта Мина, в котором были преподаны те руководящие начала, которые легли в основу карательных действий экспедиции и от которых военачальники мало чем отступали в действительности.
"Цель и назначение отряда захватить станцию Перово, обыскать мастерские и строения по указанию станового пристава князя Вадбольского и жандармского подполковника Смирницкого.
Отыскать главарей Ухтомского, Котляренко, Татаринского, Иванова и других, по указанию князя Вадбольского и подполковника Смирницкого. Уничтожить боевую дружину. Исполнив задачу, оставить на станции Перово одну роту, поручив ей охрану станции и окрестного района.
Оказывать содействие правительственным железнодорожным агентам для восстановления движения. Затем следовать в Люберцы, где занять станцию, произвести обыски у населения завода, в остальном действовать так же, как в Перове.
Общие указания: арестованных не иметь и действовать беспощадно. Каждый дом, из которого будет произведен выстрел, уничтожать огнем или артиллерией.
На станции "Сортировочная" оставить одну роту, назначение которой -- не допускать движения поездов в Москву, заграждая путь шпалами, выбрасывая сигнал "остановка", и в случае неповиновения -- открыть огонь.
Далее отряду двинуться на станцию Коломна, где произвести обыск и осмотр и остаться впредь до особого распоряжения.
О действиях отряда и о результатах его начальнику отряда полковнику Риману 1-му представить мне подробное донесение.
Подлинное подписал:
Командующий полком флигель-адъютант полковник Мин".
Согласно этому приказу, руководствуясь общими указаниями: "Действовать беспощадно, арестованных не иметь", полковник Риман в точности исполнил его и, действительно, никого не арестовывал: он или убивал людей сейчас же, немедленно, или отпускал их на свободу, причем даже старался не оставлять раненых, в случае, если оказывались недобитые, пристреливал их из револьвера.
Ни одна статья наших военных законоположений не позволяла отдавать полковнику Мину таких "общих указаний". Никакое право, ни при каких обстоятельствах не могло выразиться в такой форме полного бесправия, анархии со стороны военачальников, действовавших по приказу правительства".
Так Владимиров по свежим следам описал "подвиги" карательной экспедиции.
За все подвиги, которые проявил гвардейский Семеновский полк в Москве и по Казанской железной дороге -- расстрелы, избиения, поджоги -- ему объявлена и опубликована "высочайшая благодарность", его начальники, полковник Мин и Риман и другие офицеры, получили награды -- чины и ордена {Приведу здесь выдержку из речи царя на смотру Семеновского полка в. Петергофе 25 июля 1906 года:
"Благодаря доблести и верности семеновцев крамола в Москве была сломлена. Россия и я искренне благодарим вас за вашу службу.
Семеновцы, дорогие мои! От всей души выражаю вам мою горячую благодарность!"
Эта речь была опубликована во всех газетах и служила материалом для агитации против самодержавия, особенно доходчивым до широкой массы, которая знала о кровавой расправе семеновцев с рабочими Москвы.}.
Свободное копирование
