Следующий день, 6 декабря, был праздник (Николин день), фабрики и заводы не работали. В этот день собрался Московский Совет рабочих депутатов и после коротких прений единодушно, с большим подъемом, принял такое решение:
"Московский Совет рабочих депутатов, комитет и группа Российской социал-демократической рабочей партии и комитет социалистов-революционеров постановили: объявить a Москве со среды 7 декабря, с 12 часов дня, всеобщую политическую стачку и стремиться перевести ее в вооруженное? восстание".
Был принят текст прокламации "Ко всем рабочим, солдатам и гражданам!". Прокламация заканчивалась такими лозунгами:
"Смело в бой, товарищи рабочие, солдаты и граждане!
Долой преступное царское правительство!
Да здравствует всеобщая забастовка и вооруженное восстание!
Да здравствует всенародное Учредительное собрание!
Да здравствует демократическая республика!"
Под прокламацией были подписи тех же организаций и партий, от имени которых состоялось и вышеприведенное постановление о стачке.
В первом номере "Известий Московского Совета рабочих депутатов", вышедшем 7 декабря, было объявлено: "В 12 часов сегодняшнего дня, по постановлению Московского Совета рабочих депутатов, все рабочие города Москвы должны прекратить работу. Лишь на водопроводе работы не прекращаются. Ни одна из редакций газет не имеет права выпустить газету. В дни революции пролетариат создает свои революционные газеты.
В определенные часы дня с разрешения Московского Совета рабочих депутатов будет производиться торговля в отдельных булочных, мясных и колониальных лавках, при условии продажи по обычным ценам... Все попытки разгромов и воровства должны быть подавляемы "в самом начале".
Всероссийская конференция железных дорог дала приказ в ночь на 7 декабря остановить движение по всем железным дорогам.
К решению Московского Совета присоединился и почтово-телеграфный съезд и постановил продолжать забастовку наравне со всем пролетариатом.
Так начал московский пролетариат вторую политическую стачку которая и перешла действительно в вооруженное восстание.
Правительство знало о подготовке в Москве вооруженного восстания и стало готовить отпор ему. Прежде всего оно сменило московского генерал-губернатора Дурново, которым оно было недовольно, считая, что он слишком пассивен и дает потачку революционерам. Он был заменен адмиралом Дубасовым, уже прославившимся жестоким подавлением крестьянских волнений в Курской губернии. Он прибыл в Москву и вступил в должность как раз 5 декабря.
6 декабря был царский день (именины царя). Полиция решила использовать этот день для мобилизации "черной сотни", которая должна была устрашить революционеров своим выступлением. Было назначено торжественное молебствие митрополита на Красной площади, а после него манифестация. Но план этот потерпел крушение. "Дни свободы" основательно разложили и разредили "черную сотню". На молебен собралось гораздо меньше народу, чем ожидалось. Нашим дружинникам было дано задание вмешаться в толпу и разлагать ее. Во время молебствия раздались крики: "Дружинники идут!"; возникло замешательство, многие ушли с молебна. Манифестация после молебна вышла немноголюдной, а главное, не чувствовалось в ней боевого настроения и той звериной злобы, которая была характерна при выступлениях "черной сотни" в октябре. Манифестация с трехцветными флагами направилась по Тверской, к дому генерал-губернатора. Дубасов вышел к манифестантам, призывая их к борьбе с революционерами. Жидкое "ура" было ответом на его речь. Наши парни после речи крикнули: "Айда в Аквариум на митинг!" -- и туда направилась значительная группа, остальные разбрелись. Получилось не устрашение революционеров, а конфуз.
Свободное копирование
