6 марта 1919 г.
О. В. Гзовская организует на юге труппу для образования нового театра. Пригласила меня к себе и предложила быть у нее режиссером. Я обещал "подумать".
-- Мое согласие равносильно уходу из Студии.
- Да.
Значит, она предложила мне уйти из Студии. Странно.
Сурэн Хачатуров предложил мне с лета начать занятия в Армянской студии. {С. И. Хачатуров, в то время пом. режиссера Первой студии МХТ, организатор и руководитель Армянской студии в Москве (1918--1923). Вахтангов принял предложение Хачатурова.}
Группа, работающая у нас в Студии (Оперная студия) над "Евгением Онегиным", пригласила меня заниматься с ними. {Оперная студия Большого театра, работавшая под руководством Станиславского, занималась в помещении Первой студии МХТ. В дальнейшем была преобразована в Оперный театр им. К. С. Станиславского.}
О господи, за что мне все сие!
9 марта 1919 г. (вечером)
Опять Химки! Опять надо делать операцию. Решили 13 марта, в четверг.
Надю надо обмануть. Зачем ей зря тревожиться.
10 марта 1919 г.
Холин дал согласие приехать к 13-му. Значит -- послезавтра на стол.
Скоро, черт побери.
Свободное копирование
