Расскажу об одном серьезном деле: истреблении лагерных клопов, что было мне в приказном порядке поручено начальником лагеря. Я имел неосторожность рассказать начальнику санчасти о том, что одним из объектов моей диссертации был постельный клоп. В начале столетия литература об этом неприятном насекомом насчитывала более восьмисот названий. В одной немецкой диссертации все эти работы были поименно перечислены. Мне кажется, что на такую работу способен только немец.
Я основывался на исследованиях Антонио Берглезе, установившего в половой системе этого насекомого чрезвычайно любопытные вещи. Подробно говорить не буду, это дело интересно для специалистов. Скажу только, что для начала я решил проверить некоторые результаты, описанные Берглезе. Этот исследователь получил их еще в конце прошлого столетия, а в то время препарата, позволяющего размягчать хитин, из которого состоят покровы насекомых, еще не существовало, и исследование тонкой структуры насекомых было чрезвычайно за-труднено. Теперь этот чрезвычайно ценный препарат был создан в Германии и по совету одного энтомолога, прибывшего из Ленинграда, я применил его для своей работы. Исследования Берглезе полностью подтвердились. В дальнейшем я пользовался в процессе работы над своей диссертацией другими объектами, тоже из числа клопов. Все это вкратце рассказал начальнику и полагал, что на этом дело и кончилось. Не тут-то было! Начальник санчасти доложил о моей диссертации начальнику лагеря, и оба они решили, что мне, как специалисту по клопам, следует поручить истребление этих насекомых в лагере. Специалистом по клопам я, конечно, не был, хотя довольно основательно изучил их анатомию, но дело ведь шло не об анатомии клопов, а об истреблении оных. А я до сих пор истреблял клопов только вручную в своей студенческой кабинке в пражском общежитии, куда клопы были завезены студентами, приезжавшими с Балкан, и в теплом помещении размножились чрезвычайно. А тут масштаб - три корпуса заключенных, что же делать? Приказ есть приказ. Я в течение трех дней обдумал свою задачу и доложил начальнику лагеря, как, по моему мнению, можно ее организовать. Сказал, во-первых, что истребить клопов в лагере полностью - задача неисполнимая. Они чрезвычайно жизнеспособные насекомые, а что касается яичек клопов, то их убить можно только парами циан-калия, что производится в Праге специальными бригадами, обслуживающими клопоистребление. О том, чтобы применить циан-калий у нас, не может быть и речи, так как для этого необходимо полностью эвакуировать один за другим все три корпуса и герметически их запечатать. Я этим делом никогда не занимался, но совершенно уверен в том, что в лагере оно неосуществимо. Начальник легко со мной согласился. Я немного опасался, что он скажет: "А я приказываю: клопы должны быть истреблены полностью". К счастью, полковник оказался человеком разумным. Я сказал, что в наших условиях практически осуществимы две меры, которые, хотя и недостаточны для полного уничтожения этих насекомых, но, несомненно, значительно сократят их количество. Необходимо самым тщательным образом исследовать известку в каждом из корпусов и механически устранить все те места, где будут найдены следы этих насекомых. Затем, и эту меру я считаю еще более важной, надо пропустить через прожарку, она у нас, к счастью, хорошо работает и достаточно велика, все кровати и постельные принадлежности заключенных, а также по возможности и их одежду. Для этого необходимо, чтобы начальник дал соответствующие указания надзорслужбе, поскольку без ее вмешательства часть заключенных, наверное, не пожелает заняться этой работой. Оба начальника, и лагеря, и санчасти, согласились с моими предложениями.
Свободное копирование
