Приезжая в Ленинград, я жадно искала встреч и бесед с подругой Ниночкой, порывистой, своевольной — в юности и неизменно ровной, неуязвимо спокойной, как человек, нашедший свое в религии, — теперь.
— Помоги установиться. Никак не могу понять чего-то самого важного в жизни! Ведь для чего-то дан человеку разум?
— Ты должна понять, Тамуся, что от нас самих ничего не зависит.
— Совсем ничего? Все априорно назначено? И даже то, что у меня отняли сына?
— Понимаю: такое принять не просто. Но испытания посланы, чтобы что-то в нас изменить. Они указывают нам путь. Не просто. Да.
Перелистывая ленинградскую телефонную книгу, я находила знакомые фамилии. О-о, вот семья Д. Детство. Карповка. Их квартира этажом выше над нами. До блеска натертые полы. Трапеция в дверном проеме. На письменном столе — микроскоп. «Мамочка! Можно я пойду к Леле и Вове?» — «Иди».
С Вовой мы встречались позже, когда он был студентом медицинского института, а я — студенткой института иностранных языков. Вова пророчил мне карьеру дипломата: «Будешь вторая Коллонтай!» В белые ночи мы наперегонки мчались на велосипедах. Мне хотелось яблоневую цветущую ветку. Он — мой рыцарь. Мое желание для него — закон.
А Лелю я после отъезда с Карповки не видела ни разу. В телефонную трубку услышала ее низковатый голос:
— С ума сойти, Томка! Откуда ты взялась? Где? Что? Хочу тебя видеть!
Боже, как хорошо, что кто-то ничегошеньки не знает про мое!
— А Вова в городе?
— Непременно ему позвони. Запиши номер. Он теперь живет отдельно. Один. Он знаешь как будет рад. И служебный запомни. Я набрала служебный.
— Ты? Быть такого не может! Правда, ведь так не бывает! Я только вчера тебя вспоминал, — басил он. — Где ты? Немедленно давай твой адрес. После работы приеду. Это можно? Ты одна? Сейчас мне надо на операцию.
— Ты хирург?
— Все расскажу, когда увидимся. Адрес! Хочу тебя видеть, понимаешь?
— Звоню тебе перед отъездом. Сейчас уезжаю.
— Куда?
— На Север.
— Зачем на Север?
— Живу там. Приеду в следующий раз, тогда увидимся.
— Нет, нет, дай тогда северный адрес. Ты не замужем?.. Тогда я прикачу к тебе, идет?
— Я тебе напишу.
— Подожди. Не вешай трубку. Я должен тебя видеть. Дай слово, что напишешь.
— Слово!
Свободное копирование
