Из жизни поздней КПСС: персональные дела - 6

Но дальше дело приняло неожиданный для Киценко оборот. В стра­не происходило нечто более важное, чем мое персональное дело. В фев­рале—марте 1986 года состоялся 27-й съезд партии, с которого уже явно началось новое время. Горбачев сделал первый шаг по своей историче­ской стезе. Каково было закоренелым монстрам типа Киценко прини­мать новые веяния, можно себе представить. Но принимать приходи­лось. И при следующей нашей встрече, накануне рассмотрения моей апелляции на заседании КПК, я с удивлением услышала, что она уже отбросила, как не подтвердившиеся, почти все, ею же предъявлявши­еся мне совсем недавно, факты. Хотя все мы по достоинству оценили значение съезда, я все-таки не предполагала, что он может оказать столь быстрое и непосредственное воздействие на мой частный вопрос. Зато это хорошо понимали на Старой площади.

И на самом заседании, которое вел не Соломенцев (глава КПК), а кто-то из его заместителей (не помню — кто), весь разговор со мной шел уже во вполне доброжелательном ключе. Проект решения гласил: выговор «за нарушение должностной инструкции в период заведова­ния ОР ГБЛ», причем имелись в виду три пункта из множества преж­них — копирование литографированного каталога собрания Гинцбур-га, допуск в отдел Суперфина, когда он был студентом 2-го курса (а не дипломником, как полагалось), и, наконец, копирование Переверзева для X. Скотт. Я согласилась только с последним пунктом, на чем мы и остановились.

Чтобы более к этому не возвращаться, скажу, что впоследствии, в августе 1991 года я отослала партбилет по почте в свою парторганиза­цию, в короткой записке объяснив, почему считаю постыдным принад­лежать к этой партии.

У Зиминой же дело завершилось несколько иначе. Когда она осе­нью 1986 года обратилась с просьбой снять выговор (по партийному уставу, через некоторый срок возникала такая возможность), то парт­собрание ОР 13 октября 1986 года отказало, ссылаясь на то, что она по-прежнему не признает своих ошибок. Гораздо позднее, в 1988 году она снова подала апелляцию в горком, но там уже даже не стали ее рас­сматривать.