3 июля. Оценку дел и лиц истории, суд над ними, слово о их достоинстве, что нравственно и безнравственно. Разве законно, разумно произносить, держа в руках кодекс современных нам понятий и положений о свободе, прогрессе, нравственности, добродетели и т. д. Нужно судить по тем законам нравственности, свободы, добродетели, какие существовали для тех лиц, в какие сами эти лица верили и почитали их святынею.
Каждый век, каждое поколение имеет свои особые понятия о добре и зле, о свободе и неволе и т. д. В каждом поколении есть свои прогрессисты, свои консерваторы. Консерваторы отсталые, бывшие в своё время прогрессистами и остановившиеся на достигнутой цели. К отсталому примыкает много молодого, редко по размышлению, а больше в силу стадности. Прогрессист всегда более или менее становится на собственные ноги, хотя по чувству стадности и к прогрессистам примыкают многие без размышления.
Оценку делать нужно на всех основаниях в каких существовал только человек данной эпохи.
А мы судим обыкновенно и делаем строгие приговоры с точки зрения современных нам понятий и нравственных положений. Оттого и путаница в науке. Чтобы, например, осудить Грозного — нужно взвесить всё современное ему, во всех мелочах. Нужно прежде всего иметь ясное, отчетливое понятие о нравственном и всех других положениях века, нужно хорошо знать жизнь века. Тогда само собою выяснится и лицо века. А мы, не зная жизни, берем лицо с событиями и судим об нем как о нашем современнике. Жизнь — если она будет нам известна, укажет, что мог и чего не мог делать человек. Как он грешил против положений века и насколько был свят, т.е. в чистоте соблюдал эти положения, хотя бы на наш взгляд они были дики, чудовищны, нелепы. Грешный часто есть только прогрессист, но еще чаще есть в самом деле греховодник, т.е. безнравственный нарушитель святыни века, вполне верующий в нее, но преступающий по слабости нрава, характера, одним словом, человек дрянь. Одним словом, изображение людей и дел должно основываться на нравственных положениях века, действительности тогда существовавшей, а не на общих только психологических и философских теперешних и тоже временных выводах и силлогизмах.