Колыма - 6

19 июня

Сегодня мы улетаем в Хандыгу. Поймав какую-то случайную ремонтную машину, грузим вещички и несемся в аэропорт. Там выясняется, что все мои хлопоты в агентстве Аэрофлота у начальницы смены были напрасными: наш груз уже отправлен в Хандыгу и со вчерашнего дня лежит там на складе. В Якутском аэропорту никакого сервиса нет: вещи, сданные в багаж, надо самим грузить в самолет, самим там стеречь их и потом самим получать в пункте назначения. Гена с Юрой свистнули где-то желтую грузовую тележку (хромающую на одно колесо), мы погрузили на нее свое имущество и повезли его к самолету Ил-14, стоящему в дальнем конце аэродрома. Вместе с нами на такой же желтой телеге, позаимствованной, видимо, там же, везут свой багаж — четырнадцать аккуратненьких ящичков — парни-гидрогеологи из Усть-Неры. Только подкатили мы телеги к нашему самолету, как вдруг он заурчал двигателями, задрожал всем телом и, неторопливо развернувшись, проследовал мимо нас к зданию аэровокзала. Ругаясь чудовищными словами, развернули и мы наш инвалидный транспорт и поехали следом за самолетом.

Прилетели в Хандыгу, в аэропорт Теплый Ключ, который находится километрах в семидесяти от поселка. Далековато, но говорят, что ближе места для аэропорта нет. Аэродром расположен на низкой галечной террасе посреди лиственной тайги. Справа, километрах в полутора, река Хандыга, слева, километрах в двадцати, Верхоянская горная гряда, хребет Сата-Дабан — синие горы с белыми прожилками. Палатку поставили в конце аэродрома, возле самой взлетной полосы. Больше ставить некуда — кругом кустарники и болота.

У входа на аэродром висит объявление: «Выход на летное поле без сопровождения дежурного строго воспрещен — штраф 10 рублей». Однако никаких дежурных нигде нет, а по полю свободно ходят пешеходы, ездят велосипедисты и мотоциклисты и даже какой-то лихач на «Москвиче». По вечерам все там же, на летном поле, прогуливаются парочки. Больше в Теплом Ключе гулять негде — кругом болота, кустарники и комары. По поселку во множестве слоняются без дела прекрасные охотничьи собаки, в основном лайки. Наша Бася выглядит рядом с ними плебейкой.

Юре не терпится заняться охотой и рыбалкой. Едва мы успели разбить лагерь и наскоро поесть, как он собрался промышлять. Втроем: он, я и Колька, взяв ружье, мелкашку, удочку и спиннинг, отправились мы на берег реки в надежде подстрелить утку или хотя бы поймать рыбу. Я давно заметил, что всякий путешественник считает: раз уж он отмотал несколько тысяч километров различными видами транспорта, затратив на это массу времени, сил и денег (пусть даже и не своих, а государственных), то непременно должен попасть в царство непуганых зверей, птиц и рыб. Точно так же рассуждали и мы, а потому были страшно разочарованы, когда увидели, что ни птицы, ни рыбы здесь нет и быть не может: на Хандыге только-только сошел лед, воды много, и вода мутная, с илом и камнями — какая уж тут рыбалка! Птицам, похоже, тут тоже нечего делать. Тяжело вздохнув, смотали удочки и, огорченные, отправились домой, еле-еле успев убежать от грозы.