На заезжем дворе было пусто. Их встретил дворник Никифор, служивший здесь еще с царских времен. Он хорошо знал обоих братьев и, сняв с головы облезлый треух, поклонился и подал обеим руку. Никита вручил ему трешку, наказал распрячь лошадь, покормить ее и попоить. Никифор еще раз поклонился братьям и, взяв лошадь под уздцы, повел ее в глубину двора. Они постояли немного, покурили, вышли на улицу и разошлись в разные стороны. Никита вышел на Большую Дворянскую, покрутился возле памятника Никитину и, заметив возле банка фигуру, торопливо пошел через площадь. Фигура оказалась милиционером, который подозрительно оглядел спешившего к нему человека, остановился и стал поджидать. Подойдя к милиционеру, Никита поздоровался и спросил, не знает ли тот, где сейчас принимает Калинин. Милиционер еще внимательней осмотрел Никиту и спросил:
- А зачем он тебе нужен?
- Да вот хотел бы записаться к нему на прием!
- Так он и разбежался принимать тебя!
- Примет, коль я к нему приехал!
- Едва ли! У него только и делов, что бы принимать каждого встречного и поперечного!
Никита ничего не ответил, но обрадовался, что Калинин еще в городе. Он расстегнул полушубок и показал милиционеру приколотый к пиджаку орден Красного Знамени. У того отвисла челюсть, и изменилось лицо. Потом, придя в себя, он вытянулся по стойке смирно и приложил ладонь к буденновке. Такой орден вблизи он видел впервые.
- Прошу прощения, не признал. Докладываю! Михаил Иванович в своем поезде, в тупике, на вокзале!
Потом он шагнул в сторону, свистком подозвал проезжавшего лихача и что-то сказал ему, указывая на Никиту. Тот спрыгнул на землю, расправил полость и пригласил Никиту в коляску. Милиционер взял под козырек, возница дернул поводья, и справный жеребец сразу пошел крупной рысью.
На вокзале давка, негде поставить ногу. По тому, как бегали железнодорожники, как милиционеры охраняли двери, ведущие к поездам, и патрулировали перрон, Никита понял, что Калинин здесь, в своем вагоне. Как же миновать опричников, стоявших у дверей? Орден то, орденом, а если спросят документы, которых у него нет? В вокзале душно, от печей тянуло жаром, от людей парило и тянуло какой-то кислятиной, дышать было нечем. Люди сидели и лежали вповалку. Это были, в основном, деревенские люди, бегущие от коллективизации, раскулачивания и непосильных налогов. Видно было по тому, что все они расположились семьями, с маленькими детишками и стариками. Никита почувствовал, что потеет, и расстегнул полушубок, невольно взглянув на орден. Орден сразу придал ему смелости и уверенности. Он вспомнил, как в 1919 году, после изнурительного похода по заснеженной равнине, их часть добралась до какой-то станции. Замёрзшие и уставшие бойцы прикорнули на полу и тут же заснули. Утром их разбудили крики и ругань. Уже потом Никита узнал, что тогда на станцию прибыл в своем поезде сам Троцкий и комендант поезда приказал очистить вокзал для приема председателя Реввоенсовета. Всех вытолкали, а Никита не хотел расставаться с теплым помещением и упорно делал вид, что не может проснуться. Как ни билась охрана, но разбудить его так и не удавалось. В это время в помещение вошел сам Троцкий и спросил, что здесь происходит. Ему ответили, что не могут разбудить какого-то командира. Тот махнул рукой и распорядился его не трогать. Эпизод всплыл в памяти потому, что тогда только хамство помогло уберечься от мороза. А что, если и сейчас использовать этот прием, ведь попытка не пытка. Он распахнул полушубок так, чтобы был виден орден и двинулся к дверям. Оба милиционера повернулись к нему, взглянули на орден и, переглянувшись, вопросительно посмотрели на его обладателя. Никита поздоровался с ними и тихо сказал:
- Мне к Михаилу Ивановичу!
Что они подумали о нём? За кого они его приняли? Однако расступились, открыли ему двери и пустили на перрон. Здесь его никто не остановил, посчитав, что проверили прежде, чем он сюда прошел. У вагона стоял постовой с винтовкой и спросил:
- Что нужно?
- Мне нужно к Михаилу Ивановичу!
Постовой открыл двери тамбура и кого-то позвал. Тут же появился молодой человек в военной форме, окинул Никиту оценивающим взглядом и спросил:
- Что вам?
- Мне нужно повидать Михаила Ивановича!
- Он, что назначил вам приём?
- Да нет, я первый раз здесь!
Молодой человек немного задумался, а потом сказал, что Михаил Иванович сейчас занят и принять его не может. Но потом, увидев орден, добавил, что можно прийти завтра, часов в двенадцать. Попросив подождать, он через несколько минут вернулся и протянул Никите бумажку.
- Вот вам пропуск, чтобы вы беспрепятственно прошли сюда. До свидания!
Выйдя из вокзала на площадь, Никита с хорошим настроением пошел к трамвайной остановке, перебирая в уме всё, что произошло с ним за эти полчаса. Если на милицию его орден так подействовал, то Калинин тоже внимательно отнесется к нему. Перед ним вставали радужные картинки о предстоящей встрече - одна, краше другой. Он расскажет всесоюзному старосте о своей жизни, о жизни брата, о жизни своего отца и всей большой семьи. Он не сомневался, что Калинин немедленно вызовет и поставит на место сельских беспредельщиков. Вот тогда посмотрим, чья возьмет. Сойдя с трамвая возле памятника Никитину, он зашел в бывший магазин купца Рудакова, купил бутылку водки, свернул за угол и поднялся на второй этаж в квартиру сестры Веры. Сергея не было. Вера была одна и предложила ему перекусить. Он отказался и стал ждать брата, не став рассказывать о цели своего приезда. Затем прикорнул на диване и вскоре уснул.
Свободное копирование
