Выйдя на хорошо знакомую мне площадь Белорусского вокзала, я увидел, как изменилась Москва за почти три года моего отсутствия.
Кроме того, что площадь была менее чистой, скажем так, чем раньше, она была сплошь уставлена палатками, торговавшими всем, чем только можно. Особенно был большой выбор спиртных напитков, где наряду с привычными "Московской", "Столичной", "Перцовкой", "Зубровкой", "разнозвёздочными армянскими и молдавскими коньяками, были и вина тех марок, что раньше можно было увидеть только в валютных магазинах.
Спустившись в переход, ведущий в метро, я был поражён количеством нищих и торгующих разнообразными вещами на вид интеллигентных людей.
Выйдя из метро на станции "Бабушкинская", что довольно далеко от центра, я увидел такие же торговые палатки, таких же торгующих интеллигентных людей и таких же нищих.
Купив бутылку "Шампанского", я направился по протоптанной тропинке, снег, по-видимому, убирался здесь не так часто, к Юриному дому.
Юра меня уже ждал и мы сразу сели отметить нашу встречу после трёхлетней разлуки. Узнав, что я купил "Шампанское" в палатке возле метро, Юра сказал, что его сразу можно вылить в унитаз.
- Все вина, продающиеся в палатках поддельные и было много случаев отравлений от, так называемой, водки "Смирнов" и других подделок популярных марок, - пояснил он.
- А наклеить этикетки не проблема. Все рекламные газеты пестрят объявлениями: "Изготовление этикеток любых фирм", - добавил Юра.
К моему намерению купить ваучеры брат отнёсся очень даже скептически. Когда я сообщил ему, что Жаров может купить в деревне ваучер за бутылку водки, Юра ответил, что в центре города их продают чуть ли не на каждом углу по цене гораздо меньшей номинала.
- Короче говоря, это будут выброшенные деньги, - заключил он.
Я не возражал, и не только потому, что на это возразить было нечего, но и потому, что сейчас меня больше волновал вопрос, как снова попасть в Ригу и получить там российскую визу.
Я созвонился с Жаровым и на следующий день приехал к нему. Лёша быстро отпечатал на фирменном бланке приглашение: "Редакция журнала "Православный вестник" приглашает в Москву гражданина Израиля Сокольского Марка Давидовича для ведения переговоров".
Ниже подпись: Главный редактор Алексей Жаров. Подпись скреплена по всем правилам круглой печатью.
Можно было возвращаться в Ригу.
- Хотите позвонить в Израиль, - неожиданно спросил Лёша.
Я позвонить, конечно, хотел, но тогда международные переговоры стоили очень дорого и я ответил: "Спасибо, Лёша, но я поговорю с переговорного пункта".
- Нет, Вы меня не поняли, - сказал Жаров. - Я сейчас еду в университет и оттуда мы сможем позвонить бесплатно.
Приехав, на уже вернувшие своё старое название Воробьёвы горы, мы зашли в высотное здание университета. Лёша вызвал лифт, нажал кнопку верхнего этажа и как только двери подъёмника захлопнулись, снял трубку телефона и начал набирать нужный номер.
Так мы катались в лифте с первого до последнего этажа, Лёша умудрялся держать двери, чтобы они не раскрывались и мы спокойно разговаривали по телефону минут десять.
Я думаю, что додуматься разговаривать по телефону с заграницей из лифта мог только студент.
Свободное копирование
