Наутро 23 августа была назначена манифестация на площади у "Белого дома" В объявленный час там собрались десятки тысяч участников, запрудивших не только площадь, но и все пространство до Садового кольца, включая Бородинский мост и набережную Москвы-реки. От метро "Краснопресненская" и "Площадь восстания" двигался непрерываемый поток людей разного возраста, радостные и просветленные лица которых удивительно гармонично вписывались в атмосферу теплого летнего дня. Ими никто не управлял, на торжество их влекло чувство личного вклада в победу, завоеванную в эти два эпохальных дня. Я тоже приехал на метро и, выйдя из поезда, был поражен совершенно необычным ощущение свободы, царившей уже в вестибюле станции. По стенам были расклеены небольшие объявления, написанные от руки, в которых назначалось место и время встречи на митинге или после него, а кое-где даже висели красочные детские рисунки с изображением боевой техники, сражений и парада победы. Ближе к трибуне я встретил Льва Копелева в окружении иностранных журналистов, а также некоторых демократических лидеров, к лицам которых мы уже привыкли за прошедшие перестроечные годы. Б.Н. Ельцин стоял на трибуне в окружении В. Бурбулиса, Г. Попова, Ю. Афанасьева, С. Станкевича, А. Собчака и других ставших популярными демократов. Немного в стороне я заметил Н. Михалкова, который рвался произнести речь, но так и не дождался своей очереди. Вокруг не было ни флагов, ни лозунгов, ни кумачовых полотнищ. Казалось, что все эти атрибуты советского официоза остались в прошлом, и никому не хотелось о них вспоминать. Трудно было поверить, что все мы, присутствующие на этой площади, были не только свидетелями, но и участниками событий, преломивших ход истории.
За два дня, пережитые страной в августе 1991 года, мы стали очевидцами крушения непререкаемых советских догм. На наших глазах рушились оковы, которые нам казались вечными. Думаю, не ошибусь, если скажу, что до этих событий мало, кто сомневался в непобедимости советской власти. Многие из нас жаждали, чтобы она стала человечной, но допустить, что она может рухнуть, никому не приходило в голову.
Заговор, организованный чекистами, многим открыл глаза на сущность репрессивного советского режима. Всем было известно, что самой страшной силой в стране были чекисты. Однако мало кто отдавал себе отчет в том, что власть в стране удерживают политические гангстеры, прикрывающиеся защитой интересов компартии. По милости чекистов компартия оказалась причастной ко всем злодеяниям, совершенным режимом за семь десятилетий управления страной. Партии приписывалась расправа над старыми большевиками, комиссарами и вождями, совершившими октябрьский переворот, а также организация чудовищного по масштабам террора, унесшего их жизни миллионы людей. Якобы от имени компартии чекисты разрабатывали сценарии свержения неугодных правительств в странах т.н. народной демократии и успешно претворяли эти планы в жизнь. Руководили из Москвы "национально-освободительным движением" по всему миру и приводили к власти угодных марионеток. Все это чекисты совершали тайно, подковерными методами , скрытыми от глаз миллионов членов компартии, но всегда от их имени.
Мы были очевидцами того, как без сучка и задоринки чекисты свергли Хрущева, посмевшего разоблачить их преступления перед народом. В августовские дни 1991 года чекисты снова заявили о себе как о главной политической силе, подчинившей себе волю и разум многомиллионного народа. Зная огромный опыт чекистов в организации и проведении политических интриг, представить себе провал задуманного ими путча против Горбачева казалось невероятным. Но заговор не только сорвался, но и вся шайка его участников была арестована, и оказалась в тюрьме.
Невольно возникал вопрос, что же произошло с матерыми гангстерами, способными "замочить кого угодно" и где угодно, и почему испытанный десятилетиями механизм политического разбоя и погромов дал сбой в этот раз. Истории еще предстоит вывести путчистов на чистую воду и определись меру возмездия за совершенное ими преступление. Но уже тогда казалось очевидным, что причины, приведшие к провалу планов захвата власти, в значительной степени лежали на поверхности происходящих событий.
Сосредоточив все внимание на разработке заговора свержения Горбачева, чекисты недооценили возможную роль второй важной фигуры периода реформ Б.Н. Ельцина, Из-за того, что Ельцин долгое время оставался для них пришлым человеком, они не успели окружить его кольцом интриг, чтобы нащупать наиболее уязвимые места, расшатать позиции и помешать его активной деятельности. Чекисты не разглядели в Ельцине фигуру, вокруг которой в обществе начала формироваться оппозиция. Они забыли, что Сталин создал организацию чекистов для истребления оппозиции. Прошли десятки лет после великого террора, и о существовании какой-либо политической оппозиции в стране, где "народ и партия были едины", чекисты давно уже не думали. Они расслабились, и у них появились другие задачи. Их главное внимание было сосредоточено на поддержании стабильности состарившегося и практически недееспособного ЦК и Политбюро. И хотя за долгие годы политического контроля они выработали надежные методы отбора партийных функционеров, ситуация с Горбачевым и Ельциным отличалась необычностью и требовала новых подходов. В течение последних лет советского правления чекисты привыкли иметь дело с вождями, интеллект которых едва поднимался до среднего уровня. Поэтому обуздать образованных энергичных реформаторов оказалось не так просто. На Горбачева чекистам все-таки удалось оказать давление. Увидев, к чему ведут объявленные им реформы, он решил их притормозить, тогда, как Ельцин с полной решительностью подхватил эстафету и задумал идти до конца. Входящее в силу демократическое движение поддержало его. Будь жив "гений всех времен и народов", он бы нашел иезуитский способ обезглавить оппозицию. Однако его последователи не решились убрать Ельцина с политической арены (хотя и пытались). На какое-то время из поля зрения чекистов выпал железный постулат их бывшего предводителя: "Есть человек - есть проблема, нет человека - нет проблемы". Надежное правило отцов-основателей чекизма было нарушено.
Борис Николаевич оказался крепким орешком, хотя последующие события показали, что и его устойчивость к гангстерским методам воздействия имеет пределы. Чекисты наглядно продемонстрировали это спустя несколько лет во время его президентства.
Не впустую прошел и опыт многотысячных демонстраций в поддержку перестроечных реформ, который пробудил у людей надежду вырваться из заколдованного круга порочной идеологии и вселенского обмана нации. Только пулеметным огнем можно было заставить народ остаться в домах и не выходить на улицу во время путча. Но этого тоже не было сделано. Как ни странно, сила здравого смысла, провозглашенного Горбачевым в самом начале его реформ, оказалась действенным оружием против тирании чекистов. Именно она подорвала веру в их иррациональные догмы и расшатала чекистские подпорки, удерживающие огромный глинный колосс на протяжении 70 лет.
Событиям периода Перестройки посвящены несколько книг А.Н.Яковлева, где он дает описание, анализ и оценку политической жизни страны того времени. Одну из них под названием "Сумерки", я прочитал с большим интересом. Несомненно, А.Н. Яковлев вошел в историю, как один из архитекторов Перестройки. Но мне показался особенно любопытным жизненный путь этого человека, который он прошел в своей эволюции от малоразвитого деревенского паренька до партийного функционера, занимавшего высокий руководящий пост. Через цековскую кормушку прошло немало тех, кто попал туда от сохи, но только Яковлев оказался способным осмыслить и реально оценить пагубность эксперимента, на который большевики толкнули русскую нацию. Яковлев был лишен таких порочных качеств как страсть к властвованию над людьми и алчная жажда обогащения. Крепкий ум этого человека всегда удерживал его от опасности слиться с советской мафиозной номенклатурой. К сожалению, в своих книгах Яковлев так и не решился сформулировать до конца, что ведущую политическую роль в стране играли чекистские службы. Именно с их помощью насаждались иррациональные принципы устройства общества и безнравственность в человеческих отношениях.
Однако злопамятность чекистов хорошо известна. Поэтому никого не удивило, что путинская власть не простила Яковлеву лидерство в перестроечных делах, отказав в заслуженных почестях после его кончины. По материалам книги я написал небольшую статью к 20-летию начала Перестройки, которая была опубликована в мартовском выпуске газеты "Горизонт" за 2005 г.
Свободное копирование
