Взгляд изнутри - 18

Фото: Однокашники: Семён Мудрый, Анна Захарова, Леонид Бешер-Белинский, Лидия Репина, Юлия Шатуновская, Борис Хоментовский. 1948 г. Майли-Су.

   Между тем, коллектив предприятия быстро пополнялся молодыми специалистами всех профессий и инженерами, и со средне-техническим образованием и рабочими кадрами из системы ФЗО (фабрично-заводского обучения) и РУ (ремесленных училищ).

   Через общие собрания, на совещаниях, в клубе на танцах мы знакомились, заводили дружбу, ухаживания и т. п., стали образовываться компании, встречи, вечеринки, празднования дней рождения, т. е. шла нормальная (если это можно было называть нормальной при указанном выше производственном режиме работы) жизнь людей, особенно молодых.

   Наша, Ташкентская, группа сдружилась со специалистами из Алма-Аты: горняками Покровским Сталем Сергеевичем, Альбертом Таймасовым, Исаковым Виктором, металлургом Витковским Сергеем Николаевичем, Тележинским Всеволодом, гидрогеологами супругами Кожевниковыми В.С. и А.М. и др. О последних хочу рассказать более подробно. С ними мы, ташкентцы, познакомились на второй день по прибытию на Предприятие. Нас разместили в гостинице, а, вернее, в комнатах недавно сданного в эксплуатацию жилого дома, временно приспособленного под гостиницу, в одних комнатах мужчины, в других - женщины. На следующий день, к вечеру, в гостиницу прибыла семья молодых специалистов Кожевниковых с месячным ребёнком, девочкой Наташей. Но, так как женских мест уже в гостинице не было, Антонину Кожевникову с малышом разместили на балконе (лоджии). Ночи уже были довольно прохладными и Юлия Шатуновская предложила Антонине своё место, а сама пошла на балкон. С этого момента и началась дружба наша, Ташкентских, с семьёй Кожевниковых. Затем, мы проживали в смежных квартирах общежития молодых специалистов, где ещё более сблизились. А в дальнейшем судьба складывалась так, что наши семьи жили рядом на одних и тех же предприятиях, или перекрещивались по другим обстоятельствам, и мы продолжали быть друзьями очень близкими и до этих пор, несмотря на проживание в разных Странах и на разных континентах! (Идёт 2002 год)

   На производственных подразделениях началась ускоренная ликвидация сложившихся отсталых методов производства работ, присущих мелким горным разработкам на уровне приисков, отдаленных от культурных центров, пошла борьба за механизацию производственных процессов, за повышение производительности труда, за улучшение условий труда, повышение культуры труда, уменьшение производственного травматизма. Начали мы с внедрения бурения шпуров не "с плеча", как это делалось до сих пор, а с пневмоколонок т. е. ручные перфораторы ПР-17, ПР- 22 помещались на специальные устройства, работающие на сжатом же воздухе, и дающие возможность поднимать перфоратор на любую необходимую высоту, наклонять в необходимое направление, создавать давление на бур практически без человеческого усилия. Но, для этого надо было обучить бурильщиков, доказать им, что использование пневмоколонок повышает производительность, создает условия для перевыполнения норм, хотя на первых шагах производительность падала, из-за неумелости, отсутствия опыта, и последнее приводило к упорному сопротивлению рабочих. Одновременно шел монтаж линий водопроводов по всем горным выработкам для перехода на "мокрое бурение", т. е. бурение шпуров с промывкой водой, а затем специальным раствором для подавления пылевыделения. Мокрое бурение вызвало еще большее сопротивление бурильщиков, в связи с тем, что применяемые для осуществления процесса специальные "иглы", вставляемые в перфораторы, были на первых порах несовершенны, часто выходили из строя, на их замену уходило время, бурильщик должен был брать на смену с собой много таких игл. При поломке иглы, бурильщика обдавало струей воды. Мы пошли на выдачу бурильщикам дополнительной брезентовой спецодежды, временного снижения норм выработки, поощряли тех бурильщиков, которые первыми осваивали новые процессы. Несмотря на сопротивление, внедрение шло и, в конце-концов, успешно осуществилось. На рудник поступила первая породопогрузочная машина, работающая на сжатом воздухе, марки ПМЛ-3 (пневматическая механическая лопата). У нее были пневмодвигатель хода по рельсовому пути, пневмодвигатель подъема и опускания ковша, но не было двигателя поворота, т. е. машинист должен был поворачивать корпус с ковшом для захвата породы с боков выработки собственными усилиями. Эту машину руководство рудника поручило внедрять мне, в забое скоростной проходки. И здесь освоение шло при очень больших усилиях, дело доходило даже до того, что в моем присутствии или десятника шла погрузка с помощью машины, а как только лицо горного надзора (так называются инженерно-технические работники, непосредственно руководящие горными работами) уходило из забоя, то машину отгоняли в другую, боковую выработку и погрузку вели вручную. Заставляя рабочих применять погрузмашину, я сам неплохо освоил работу на ней, да и в других случаях я стремился и осваивал рабочие профессии, это повелось у меня еще с институтских практик. Я научился производить взрывные работы с огневым шнуром и детонаторами, а затем и электровзрывание, работу на скреперных и подъемных лебедках, бурение шпуров перфораторами, умел подготовить и установить рамы крепления совместно с напарником. Были получены первые электровозы на руднике, правда малые, аккумуляторные АК-2. Первое внедрение их выпало на долю Л. С. Огаревой на основной откаточной штольне N 5. На руднике была запущена в работу Центральная вентиляционная установка, что явилось большим событием. К нему готовился весь коллектив, на всех участках велись необходимые работы по сооружению вентиляционных устройств: дверей, завес и др. Словом, поступала техника, шла большая организаторская работа по ее освоению, а целью было скорейшее увеличение объемов работ, больше руды на завод, улучшение ее качества. Государство денег не жалело, все наши заявки исполнялись, мы свой труд и мозги отдавали сполна и дела продвигались успешно. Энтузиазм трудящихся подкреплялся не только новой техникой, не только призывами руководителей и партийных функционеров, а и весьма приличными заработками как инженерно-технических, так и рабочих кадров. Начну с того, что основной оклад у ИТР и служащих, тарифные ставки у рабочих были значительно выше, чем на аналогичных должностях в других Ведомствах. Кроме того, за работу в высокогорной местности (отметка над уровнем моря 1200-1400м.) к окладу прибавлялось 40%, при выполнении месячного плана по основной деятельности (добычи руды и горно-подготовительных работ) на 100%, мне (и таким, как я руководителям, т. е. участковому персоналу и производственным руководителям рудника) полагался еще один оклад; при выполнении месячного плана участка по основной деятельности на 105% полагался еще один оклад (т. е. 1+1 премиальных окладов) и при выполнении этих планов на 110% еще один оклад, таким образом, имелась потенциальная возможность только за перевыполнение планов работ получать четыре оклада. Кроме указанного, ИТР получали дополнительно оплату за стаж работы, а конкретно, за каждые шесть месяцев непрерывного стажа - к окладу прибавлялось 10% и так до 100 %. Правда последнее, примерно, с конца 1950-го года претерпело изменение и потолок стал не 100%, а только 60%. Следует оговорить, что премии за выполнение и перевыполнение планов могли быть уменьшены, или полностью не выплачены, по приказу вышестоящего прямого руководителя за ту или иную провинность. При указанных обстоятельствах мой заработок в месяц составлял от 3000 до 8000 рублей. Чтобы было понятно нынешнему читателю ценность таких денег, сообщу, что в эти времена пол-литровая бутылка водки стоила 23, а бутылка шампанского 27 рублей. В конце 1949г. на предприятие поступила разнарядка на реализацию трех автомобилей "Москвич-400" стоимостью 11000рублей. Конечно, желающих приобрести оказалось больше трех, но не так уж много, еще не было моды на личные автомобили, особенно в провинции. В числе получивших, оказался и главный механик нашего рудника Шарапенко А.И. Через некоторое время счастливцы приобрели свои автомобили. Кроме Шарапенко, это были Начальник планового отдела Управления предприятия Иванов В.П. и командир ВГСЧ Предприятия, по фамилии, кажется, Фролов, очень квалифицированный и с большим практическим опытом горняк, возрастом под шестьдесят.