"Склад будут распечатывать, еще один принесут," - говорит Баженов. Склад в соседней комнате, на дверях печать, окна заколочены. На складе радиоприемники со всего города, сданные в первые дни войны. Их около сотни, всякие, даже самодельные. За военное время только два раза вскрывали склад, теперь вскрывали в третий. За незаконное хранение приемника наказывали очень сурово.
Темное окно радиостудии осветилось. Сегодня по городской радиосети выступают победители районного смотра художественной самодеятельности. Уже спели Шура и Вера, с блеском сыграл на саратовской гармошке очень серьезный худющий парень-допризывник, теперь играет дед. Дед играет на пастушьем рожке, его мелодия, знакомая с детства, незатейливая, как и сам инструмент, будит забытые за войну мирные воспоминания.
"Постарайся вдохнуть в него жизнь, очень просили, с начала войны не работает, как радиста в армию взяли" - и Баженов указал на старый, на заре радиофикации сделанный радиоаппарат. Как же вдохнуть в него жизнь, если таких радиоламп давным-давно не делают? Подумал, заменил радиолампы на современные, подобрал нужные детали, присоединил батареи и обновленный аппарат выдал мощность для полусотни репродукторов.
Свободное копирование
