От сильного толчка рассыпалась стопка медных номерков. Минер Растопчин аккуратно собрал ее, отсчитал пять штук и бросил их к ставкам.
- Ножки на стол, Верблюд. Тебя докрыли.
- Это тротил или все еще мины? - спросил Лебри. Верблюд открыл трех королей. Растопчин, показав ряд, не спеша сгреб фишки и стал их считать.
- Насчет тротила не беспокойся. Когда рванет, у нас посыплются стеньги, шлюпки и прочее... А может, еще что-нибудь выйдет... Отец пушкарь, сдавай!
- А рванет он или нет, как по-вашему? - не успокаивался Лебри.
- Рванет... не рванет... - бормотал, сдавая карты, Поздеев. На последнюю карту легло: рванет.
- Увидим, - пожал плечами Растопчин. - Два на пять.
Лебри хотел еще что-то спросить, но, подняв глаза, в дверях увидел свое непосредственное начальство - трюмного механика Григория Болотова.
- Вы здесь, Лебри?
- Взгляните простым глазом, - посоветовал Кривцов, но Болотов не ответил. Стол, золотые горки фишек и люди в дыму - на это ему смотреть не хотелось.
- Не одобряете игрушки? - спросил Кривцов.
- Не одобряю.
- Что же вы собираетесь по этому поводу предпринять?
Болотов взглянул Кривцову прямо в глаза:
- Пока ничего. Мне некогда... Лебри, приказано проверить водоотливные средства. Идем вниз.
Лебри встал.
От взгляда Болотова у Кривцова осталось ощущение, как от пощечины. Это было поганое ощущение, он не выдержал и крикнул вдогонку уходившим:
- Две одинаковых к трем комиссарам! Поздеев выдал ему две карты и тихо сказал:
- Допрыгаешься, дурак.
Кривцов потемнел. От этого Поздеева тоже терпеть? Тоже умный? Начальство? С какой стати? Левой рукой вцепившись в край стола, он, казалось, приготовился броситься вперед, но правая его рука, действуя сама по себе, открыла прикуп, оказавшийся никуда не годным. От этого он сразу остыл. Он был плохим игроком.
- Почему ругаешься? - забормотал он. - Просто не люблю таких человечков... Зачем Болотов подлаживается? Зачем заделался кандидатом Рыкапы?
- Пять сверху! - голосом первосвященника возгласил Верблюд.
- Просто не люблю таких, - вслух рассуждал Кривцов, про себя рассуждая о том, хорошая карта у Верблюда или блеф. Решил, что хорошая, и спасовал.
- Может, я тоже таких не люблю, - неожиданно отозвался Поздеев. - Однако игру надо играть по правилам. Пять и еще пять.
Свободное копирование
