Если на работе у меня всё более-менее наладилось, то в быту не всё так хорошо. В первую очередь это касается моего питания. Для начала я решил обедать в чешской столовой, а завтракать и ужинать дома. Пища в их столовой для меня, больного хроническим гепатитом, оказалась не очень подходящей. Она довольно острая, с использованием чеснока, перца и других специй. Вместо хлеба чехи употребляют кнедлики — это что-то похожее на котлеты, но сделаны они из картошки, муки или риса, часто со всякими добавками. При питании в их столовой я сделал открытие, что я, оказывается, не умею кушать. С завистью я наблюдал, как виртуозно при еде пользуются ножом и вилкой поголовно все чехи, в том числе и дети. С их помощью они едят даже кашу. Стыдно мне, пользующемуся вместо ножа хлебной корочкой, показывать им своё бескультурье. Мне всё кажется, что они с осуждением смотрят на меня. Вышеуказанное явилось причиной того, что я перестал посещать чешскую столовую.
Как я уже писал, в чешский продовольственных магазинах очень широкий выбор товаров. Цены у них дифференцированные. Мясо, например, можно купить и дешёвое, и дорогое в зависимости от сорта. Здесь всегда можно приобрести кусок колбасы, которую по твоему желанию на машинке порежут на кусочки. Но особенно меня радует широкий выбор молочной продукции. Я покупаю молоко, творог и сметану, смешиваю всё это и с удовольствием поедаю. Начал я варить себе молочный суп, молочно-мучную затирку, супы из суповых наборов, а также жарить картошку, яичницу и омлет. Пришлось мне для всего этого приобрести соответствующую посуду. На всё это уходит немало времени, заниматься этим лень, так что чаще всего питание моё бутербродное. Посочувствуешь женщинам, которым приходится готовить нам пищу ежедневно и кормить нас три раза в день.
Почти точно так же решают вопросы своего питания и мои соседи по квартире Владимир и Александр. В отличие от меня, они пьют много пива.
Недавно Александр купил в магазине мясные консервы, но когда он их открыл, то обнаружил там вонючие кусочки кишечника. Это были собачьи консервы. Мы ещё долго потешались над ним по этому поводу.
Ещё одна моя тяжёлая проблема — стирка. Стираю я своё бельё в раковине, а постельное бельё приношу из отделения.
На днях хирурги пригласили меня в чешскую сауну. Я никогда не посещал такое заведение и с трудом выдержал там 5 минут при температуре свыше 100 0С. После этого я бултыхнулся в большую бочку с холодной водой. Я думаю, что людям с проблемами сердца такие процедуры противопоказаны. Хирурги начали настойчиво намекать мне, что я должен вступить в их коллектив, угостив всех пивом. Пришлось мне покупать каждому из них по бутылке пива. Свои кроны, хитрецы, они экономят. Даже в такие коллективы в армии проникли элементы дедовщины.
Меня вызвали в штаб госпиталя для оформления вызова жене Люде. Говорят, что через две-три недели она должна приехать сюда. В этот же день я получил от неё письмо, в котором она сообщила мне, что её только что выписали из гинекологического отделения больницы, где ей сделали операцию по поводу фибромиомы матки. Эту опухоль у Люды обнаружили уже давно. Акушеры-гинекологи и я задолго до моего отъезда в Чехословакию агитировали её сделать операцию, но она всё отказывалась от неё. И вот сейчас в моё отсутствие ей вдруг приспичило делать эту операцию. Вот и пойми после этого мою супругу!
Владимира, Александра и меня начальник госпиталя вызвал к себе для решения нашего жилищного вопроса. При этом Владимиру он предложил квартиру, в которой мы сейчас живём, Александру — двухкомнатную квартиру этажом ниже, мне ж — комнату в трёхкомнатной квартире. В двух других комнатах в ней будут жить гражданские служащие по два человека в каждой. Услышав это, я смело и решительно вступил с начальником госпиталя в перепалку.
— Товарищ полковник, почему ко мне такая немилость? Ведь жить в таком шумном общежитии мне будет очень трудно. Исходя из специфики моей работы, меня постоянно, днём и ночью, будут вызывать в госпиталь, и я буду нарушать покой своих соседей, а соседи будут мешать мне отдыхать после таких вызовов.
— У госпиталя очень мало отдельных квартир для офицеров, а у вас семья состоит из двух человек, нет детей, поэтому вам и предлагается такой вариант. Если б вы были начальником отделения, то тогда к вам был бы другой подход.
— Почему мне не выделяете однокомнатную квартиру моего предшественника? В штабе Группы нам сказали, что мы должны занимать их квартиры.
— Эта квартира выделена начальнику продовольственной службы госпиталя капитану Семёнову, который только что сделал в ней ремонт.
— Но он всё же капитан, а я подполковник и должен иметь какие-то преимущества перед ним.
— Зато он является начальником службы госпиталя, а вы старшим врачом — специалистом отделения.
— Я прошу вашего разрешения поехать мне в штаб Группы для поиска справедливости, здесь я её не нахожу.
Начальник госпиталя не ответил мне ни да, ни нет. На этом мы и расстались. Я был очень обижен на своего однокашника по военно-медицинскому факультету, от которого я ожидал доброжелательного к себе отношения.
На следующий день начальник госпиталя вызвал меня к себе и объявил, что я могу занять однокомнатную квартиру своего предшественника. Он всё же побоялся моего обращения к командованию Группы. Я лишний раз убедился в том, что только твёрдостью и упорством можно чего-то добиться в этой жизни.
Свободное копирование
