23 мая
Вознесенье. Утром сидел за финалом Концерта. Подробный разговор с мамой о бирже. Выходит, что дела обстоят отлично: продать все бумаги и у нас будет капитал в семьдесят две тысячи, - мы почти богачи!
Звонил к Умняшке, предлагая ехать по чудесной погоде в Павловск.
- Нет, нет, нет! - был ответ.
Пока я уговаривал упрямицу, пошёл дождь.
- Видите, даже погода обиделась! - сказал я.
Но к четырём часам обида у погоды прошла и солнце воссияло. Я пришёл к Умновым. Пил у них чай. Очень милая семья. К чаю вышел папаша, который, по-видимому, спал. Он вообще немного грубоватой наружности и иногда употребляет такие слова, как «теперича», но сегодня он блеснул ослепительно бельм бельём, что мне крайне понравилось. Наконец я вытащил Лидию Ивановну на прогулку; погода - очаровательная. Мы перешли через Николаевский мост и после длительных переговоров сели на пароходик. У меня сорвало ветром шляпу и она полетела над пароходом, рискуя утонуть. По счастью, её кто-то поймал и водворил на голову. Мы доехали до Охты и пошли гулять. Хотелось за город, в зелень, но узкие улицы с деревянными тротуарами тянулись одна за другой. Уже Умненькая стала ныть, что ей пора домой, когда мы наконец пересекли соединительную ветку Финляндской дороги и вышли в поле. Тут бы и гулять, но Глупенькая упёрлась окончательно: в восемь часов у них гости, она должна торопиться и так уже едва поспеет. Мы пошли домой. Она торопилась и всё время ужасалась, что придут гости, а её нет дома. Действительно, мы вернулись только в десять часов. Я смеялся, глядя, как она помчалась вверх по лестнице. С очень приятным воспоминанием о прогулке пришёл я на мою 1-ю Роту.
Свободное копирование
