авторів

1447
 

події

196735
Реєстрація Забули пароль?
Мемуарист » Авторы » Vladimir_Zhestkov » Весь покрытый зеленью

Весь покрытый зеленью

01.02.1988 – 31.12.1998
Москва, Московская, Россия

     Шел 1988 год. Эта история случилась в Москве во время моей пятой или шестой поездки в Стамбул с фирмой "Светал". Как обычно, был я старшим группы, и в мою обязанность в аэропорту вылета входило собрать туристов, проследить, чтобы они прошли таможню и границу и проводить их в самолет. Вот и стою я в коридоре, жду, когда мои последние подопечные за эту дверь, где таможенники работают, пройдут, их человек пять всего и осталось, остальные уже давно в накопителе водочкой балуются. Сегодня нам повезло, Андрея на этот участок поставили. Молодой совсем парнишка, на таможне без году неделя, еще не оборзел, как некоторые, а может таким и останется, но тогда долго здесь не проработает, сожрут его коллеги. Дело в том, что он не придирается по пустякам, входит в положение тех, чей багаж ему досматривать приходится, ничего не вымогает в отличие от тех, чьих имен не хочется даже упоминать, настолько они всех достали своей жадностью и наглостью. Да и помощница у Андрея нормальная – Ликой ее все называют, а как полностью даже не знаю. Эта дивчина конфеты с шоколадом очень любит, вот мы, как только узнали, что она будет работать, тут же отрядили человечка за шоколадкой в зону вылета внутренних рейсов, ну а потом я зашел под предлогом согласования порядка прохождения группой таможенного поста, вдруг у господ проверяющих какие либо пожелания возникнут, да воспользовавшись моментом в коробку, куда они таможенные декларации заполненные складывают, эту шоколадку и положил. Лика лишь глазами стрельнула, это у нее за спасибо сходит.

     Время идет, а из-за двери никто сигнала, что можно следующему заходить, не подает.

     - Они там что, чай уселись пить, что ли? – спросила одна из оставшихся девчонок, у меня ее еще ни разу не было, может в других группах или в другие дни ездила, а может быть и перворазница, таких все больше и больше попадается. Некоторые один раз слетают и забрасывают это дело, во-первых, без всяких дураков трудно, во-вторых, несомненно, опасно, в-третьих, надо уметь хорошо считать, иметь чутье, найти свою нишу, свой товар, очень много всего того, что надо, набирается, все и не перечислишь.

     Я, конечно, мог бы попробовать чуточку дверь приоткрыть и одним глазком туда заглянуть, но это запрещено, зачем гусей дразнить?

     В детстве я долго не мог понять, как это гусей можно раздразнить, они ведь такие спокойные, вальяжные, но все мои раздумья на эту тему закончились, когда однажды  увидел, как рассерженный гусь по всему двору гонял одну мою знакомую девчонку. Чем уж там она так его достала не знаю, вечером, когда мы с ней встретились, забыл спросить, другие разговоры у нас завелись, но тогда я всласть вначале повеселился, наблюдая как огромная птица, расправив крылья, почти летает и кричит грозно и громко, а бедная подруга моя не знает даже, куда от гусака этого деться. Когда же я понял, что сейчас девушка хорошую трепку от разошедшегося не на шутку гуся может получить и решил уж вмешаться в эту драку, ее мать с грязной тряпкой в руках на шум из дома вышла, и этой же тряпкой в гусака ловко запустила, ему только головой осталось крутить, сбрасывая непонятную преграду со своих глаз.   

     А время все идет и идет, следующая за нами группа уже заканчивает бессмысленные шатания по зданию аэропорта и начинает потихоньку в коридоре скапливаться.

     - Вер, что делать-то, может, тихонько поскрестись туда? – спросил я старшую третьей группы Веру Крутикову.

    - Сама не понимаю, сколько можно одного человека держать, тем более там Андрюшка сегодня. Я понимаю, Петрович бы сам стоял, а так Андрей. Но лезть на рожон не советую, давай ждать.

     Понимаем мы оба, что там какие-то события происходят, у других дверей тоже заминки начались, значит, весь состав таможни здесь собрался. Наконец, другие двери открылись и работа возобновилась. У нас тоже Лика выглянула, но позвала лишь меня. Захожу, сидит парень, из-за которого эта задержка произошла, я его даже еще толком и не рассмотрел, крепкий такой в тенниске и джинсах, сумки рядышком стоят уже закрытые. Андрей на меня смотрит и говорит:

     - Анатолий Ильич, наше руководство решило вас в курс всего этого поставить.  Человек вы  опытный, так что и до сведения фирмы "Светал" сами доводить будете. А этого, - и он на парня кивнул, - мы уже в соответствующие органы направим, они через несколько минут прибудут. Ну, а пока вы полюбуйтесь. Показывай, показывай, - это он парню сказал.

     Тот тенниску снял, и я просто онемел от неожиданности. Грудь, живот, спина, плечи у него были полностью оклеены долларами, на которые сверху наложили тоненькую прозрачную какую-то бумагу и для надежности обмотали скотчем. Издали впечатление создалось, что он из какого-то болота вылез, весь в зеленоватой тине измазан будто.

     - Ничего себе, - только и смог я пробормотать.

     В эту минуту внутренняя дверь открылась, вошли двое в милицейской форме, присвистнули лишь, пока парень рубашку на себя натягивал, да увели этого бедолагу в неизвестном направлении.

     Они ушли, а у Андрея все кипит, наверное, внутри, он переполненный эмоциями оказался, вот и решил на мне разрядиться, пока Лика куда-то убежала.

     - Понимаете, Анатолий Ильич, мы его багаж досмотрели, все чисто, на деньги декларация имеется, причин придираться нет никаких, ну я его так легонько по плечу похлопал, катись, мол, отсюда, а там хрустит что-то, да и скользит рубашка прямо как по льду. Я уж грешным делом подумал, может повреждение какое-нибудь там заклеено. Спрашиваю, простите, я не очень сильно вас задел, что там у вас? Ему бы, дураку, мне сказать, да вот, поранил, ну или еще что-нибудь, а он как взъестся на меня, вы, мол, права не имеете до пассажиров дотрагиваться. Вот тут уж я не выдержал, жуть как не люблю, когда мне говорят, что я какого-то там права не имею. Нам государство столько прав дало, что если нужно я не только по плечу похлопаю, не только в желудок загляну, но все другие отверстия, которые для перевозки запрещенных вещей использовать можно, обследую, не побрезгую.

     Первый раз я таким Андрея видел, ничего себе, думаю, спокойный, тихий, вежливый, а он вон как расходиться может, значит, долго работать в этой организации будет. 

 

 

 

Ввезти легко, вывезти попробуй. Цикл Челночные бай

Владимир Жестков

     В странное время мы жили тогда, в "лихие девяностые", на первый взгляд свободу дали полную, можешь ехать куда угодно и делать все, что твоей душе угодно, но при этом старые законы отменить забыли. Первые, сами отважные и решительные, те, кто сломя голову ринулись в сложное дело внешней торговли, причем торговли специфической, совсем нам не привычной и не свойственной социалистическому ведению хозяйства, которое до той поры доминировало в нашей стране, как это ни странно, не столкнулись с одной очень большой сложностью, которая возникла через некоторое время. Дело в том, что первопроходцы ехали за рубеж торговать там, то есть с собой они везли какой-то товар, после реализации, которого им предстояло закупить что-нибудь другое и уже с этим, другим, в Союз вернуться. Фактически какие-то бартерные операции получались, их денежная сфера была от наших бдительных правоохранителей скрыта.

 

     Другое дело, когда деньги импортные, всякие там доллары, марки, фунты, да и кроны с лирами тоже, появились в руках этих торгашей. В руках-то в руках, но их же надо туда на Запад перевезти, тратить-то их именно там и надо, товары-то там продаются. Этого никто из руководства нашей страны не понимал, поэтому они на словах вроде бы не возражали против деятельности челноков. Ведь именно челноки за них, то есть за руководство наше, решали важнейший вопрос с обеспечением народа продуктами и товарами, но принять какие-то законы, облегчающие перевозку немалых денежных сумм через границы, никто даже не задумывался.

 

     Вот и получалось, обменников наоткрывали вволю, а денег можно вывезти с гулькин нос.  

 

     Пришлось народу самому всякие способы и места для перевозки придумывать – кто под стельки в туфли прятал, кто потайные карманы в трусы вшивал, кто себя всего оклеивал, так и возили. Вот вы, умные люди, сколько знаете способов, как и где можно спрятать несколько тысяч или паче того десятков тысяч американских рублей даже в стодолларовых купюрах? Вот то то же и оно. Или что, кто-нибудь считал, что таможенники глупее всех и эти места у них еще не отработаны в полной мере? Нет, конечно, все вс; прекрасно понимали, надо будет –  ни один доллар через границу не проедет, даже если ты его проглотишь, то и тут мастера найдутся, к тебе в желудок залезут, а купюру эту вывезти тебе не позволят. Просто имели все доблестные наши сотрудники таможни четкую установку держать народ в страхе, что все отнимут, и чтобы не борзели сверх меры. Какую таможня установку получила я не знаю, но то, что получила, факт неоспоримый, может, каждого сотого чистить, может, очень уж наглых, - не знаю. Просто видел я как это делается не один десяток раз и каждый этот раз не понимал, чем он вызван.

 

     Но даже все понимая, люди не хотели ждать милостей, сами знаете у кого, и пытались найти новые более эффективные способы провоза этих чертовых долларов. С одним из них меня познакомил начальник отдела международных перевозок Внуковского аэропорта. С этим товарищем мы вместе летели в самом первом рейсе компании Светал, и если не подружились, то, по крайней мере, приятельствовать стали. Вот подходит он ко мне как-то, таможня уже последнюю группу шерстит, скоро полетим, и говорит:

 

     - Анатолий Ильич, пойдем прогуляемся, я тебе одну вещь показать хочу.

 

     Прошли мы с ним через границу, я по роду своей деятельности (старшим группы я был в течение нескольких лет) имел право гулять то там, то здесь. Это право мне было официально дано, мало ли какие проблемы и где возникнуть могли. Таких старших в каждом рейсе по девять человек было, и полномочия такие, разумеется, у всех тоже имелись.

 

     Заводит он меня в женский туалет, как раз оттуда дама какая-то выходила и подтвердила, что никого мы в интересной позе застать там не сможем. Входим, а он мне говорит:

 

     - Слушай, Анатолий Ильич, мы долго терпели пока это одиночные случаи были, но, когда это в систему превратилось, уборщицы бастовать начали, поэтому ты сейчас в самолете приструни этих бесстыдниц.

 

     Я ничего еще не понимал, а затем чуть на пол не присел от изумления: весь туалет был буквально оклеен, даже на потолок и то попало, предметами одного сугубо интимного предназначения. Да что там иносказательствами заниматься, люди мы все большенькие уже, поэтому не буду тут крутить и вертеть - в туалете везде, куда ни посмотришь, даже, как я уже сказал, на потолке висели использованные презервативы.

 

     - Чем они тут занимаются? – так и продолжая в полном изумлении находиться, спросил я.

 

     - Не понял? Вот и я не сразу уяснил, зато таможенники, которых я сюда пригласил, сразу же врубились. Таможенники-то в свой персональный туалет ходят, поэтому раньше                и не могли заметить это безобразие. Дело в том, что девки перед мужиками одно большое преимущество имеют, вот они им и пользоваться начали – деньги в резинку, а ее по назначению, так и проходят. Ну, а здесь, когда деньги в карман перекладывают, наверное, в знак презрения, все это и разбрасывают куда ни попадя. Но все, передай им, малина эта закончилась. Сегодня кресло специальное такое заказали, так что к следующему чартеру оно уже в комнате для личного досмотра стоять будет.

 

     Знаете, как мне стыдно было эту информацию в микрофон до всеобщего сведения доводить, но ничего, справился я.

Дата публікації 30.03.2020 в 19:41

Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2024, Memuarist.com
Юридична інформація
Умови розміщення реклами
Ми в соцмережах: