8 мая.
Много рассказов по поводу убийства 6 мая в Уфе уфимского губернатора Н. М. Богдановича. Третий губернатор, на которого нигилисты поднимают свою руку: Валь, Оболенский и теперь — Богданович. Убили его двое или трое (точно не выяснено) в Уфе, в городском саду, в 4 часа дня. Говорили нам, что нигилисты убили Богдановича за то, что он в марте усмирял военной силой беспорядки рабочих на заводах в Златоусте. На заводах там были введены новые расчетные книжки для рабочих, но рабочие не хотели этого — поработали там нигилисты, которые внушили рабочим, что с введением этих книжек они якобы снова становятся крепостными. Рабочие забастовали и подали прошение приехавшему туда Н. М. Богдановичу, в котором просили оставить для них старые книжки и освободить арестованных накануне подстрекателей, а иначе не хотели работать. Богдановичу пришлось вызвать войска для усмирения рабочих. Говорят, что вот за это-то его и убили нигилисты, которые всегда мстят в подобных случаях. Н. М. Богданович был раньше начальником Главного тюремного управления в Петербурге.
9 мая.
Говорила сегодня с Плеве про убийство уфимского Богдановича. Плеве говорил, что он был убит девятью пулями. Две пули попали в руку, а остальные семь все были смертельны: прострелены были четырьмя пулями легкие, двумя — сердце, печень и желудок. Рассказывали нам, что уфимское дворянство возложило на гроб покойного венок с надписью: «Доблестному герою долга».
11 мая.
Клингенберг говорил, что в комиссии, в которой ему приходится заседать, все говорят об усилении власти. Не надо, по его мнению, никакой больше власти, чем губернаторы имеют, а дать им только побольше свободы.
Говорил Никольский, что вчера в сельскохозяйственной комиссии, когда она прекратилась, и члены стали разъезжаться, образовался целый парламент: столпились все члены — сановники и чиновники — и стали рассуждать. Куломзин доказывал Витте, что железных дорог не надо строить, что они отняли у мужика извоз, обеднили мужика и проч. Выходило из всех разговоров, что в этой комиссии все члены занимаются совсем не тем, что составляет надобность мужика, которого Витте назвал, по словам Никольского, нецензурным словом (Никольский даже не решается его повторить), и сказал, что эта беднота, мужик, дает ему ежегодного дохода 380 млн. на водке, а мог бы пить на 180 млн. — «что же его заставляет пить?» и проч. По-моему, мужик оттого пьет, что ему тяжело живется.