19 августа
Спал мало. Не мог заснуть часов до 3. Днем настроение отвратительное. Поехал в 11 1/2 ч. из Тульчи в Галац, к консулу, так как в Тульче мне не могли выдать отдельного паспорта. Перед входом на пароход ко мне подошел какой-то штатский господин с полицейским офицером и заявил, что меня желает видеть полицмейстер. Я уже взял билет, пароход дал свисток, поэтому я заявил нежелание следовать приглашению и пошел на пароход. Оказалось, что меня обвиняют ни более ни менее, как в оскорблении его румынского величества короля Карла! Ни о чем подобном мне и не снилось. Полицмейстер об'яснил на вопрос Петра {В. С. Ивановского.}, что ему донесли, будто кто-то, по имени Владимир, ругал короля 15 авг., во время торжества. А так как я Владимир,-- то полицмейстер решил, что это я. Проще-же -- полиция не знает что делать. Префект шовинист наделал бездну глупостей, закрыл собрание рабочего клуба, не имея на то никакого права, рабочие все таки собрались и потребовали составления протокола. Полиция отказалась, собрание состоялось, и теперь префект и полиция стараются раздуть все, что может иметь вид беспокойства и русской или иной интриги. Таким образом я оказываюсь чем-то вроде политического агента России! А я как раз написал отсюда корреспонденцию в "Русск. Вед." {"Из Румынии" -- "Русские Ведомости" 1897 г. No 158.},корреспонденцию, где расхвалил Карла румынского -- действительно, повидимому, замечательного человека и политика.
Вечером в Галаце был у скопца Павла Иванова. Первый еще скопец, производящий после знакомства приятное впечатление. Лицо несколько искаженное на скопческий лад, но глаза добрые и веселые. Со своими не очень в ладах. "Я им все говорю -- вы люди все запачканные". Людей узнает по году рождения и по планетам.
-- Вы в каком году родились?
-- В 53.
-- Как вы в 53 попали? Ето год Сатурна. Такие люди бывають очень крепкие и здоровые.
В лавке, когда я пришел, находился худой истощенный скопец в плисовом кафтане и фуражке, в каких в Галаце ездят извозчики.
-- Видели того человека? Етот родился под Меркурием. Таковые имеють лоб низкой, ум короткий, тело тяжелое, к работе мало охотны. Философы и ворбитори (рум.-- оратор), а без веры или сказать закону. Полководцы и великие обманщики именем божиим. Вот как раз. Тут таких у нас много. Етот называется Федор-Бог. Я, говорит, Бог...
-- Вот как? А чем занимается?
-- Биржарь, извозчик. Значить, дадите ему франку,-- поезжайте не с простым извозчиком,-- Саваоф везеть..-- Он засмеялся добродушно и продолжал: -- Полиция и то его знаеть. Гвардист приходить и спрашиваеть: унди есте Тодор? -- Кари Тодор? -- Тодор Думнезеу (значит, Тодор-бог). Надо, говорить, Тодора-Думнезеу в часть зачем-то. Да, так вот етот родился в 1837. Все такие: 37, 44, 51, 58, 65 -- всё люди сухие, ума короткого, обманщики именем божиим.
-- Неужто все?
-- Все. Как-то несколько лет назад приходить из России человек. Ну, зашел ко мне, сидить, чай пьеть. Лоб маленькой, глаза с мечтой, глядить не глядить, из себя сухой. Вы, говорю, когда родились? -- В 1851 году.-- А пророком не бывали? -- Нет, не бывал. -- Ну, так будете вы большой пророк. Так и вышло. Оказался такой пророк, что хлеба не стал исть и обнаружились у него ученики; не едять: молоко, снёски (яйцы), творог; капусту -- можно, хлеба нельзя. Так и не ел, скоро помер от етого. Постится 7 ден, на восьмой тоже хлеба не ест. Много таким родом померли.
-- А то еще есть в Добрудже, Констанцкой Жудецы город Мангалия, около Мангалии, туда уже к болгарской фронтьере есть деревня. Там наших семей 29 есть. У них опять такой, меркурьевской звезды был. Тот 100 дней постился. Не то что, -- воды не пил!
-- Сказывають ночью девки яиц да молока носили,-- вмешивается высокая женщина, вероятно тоже скопчиха. Говорит она не так благодушно, как Пав. Ив. В ее голосе страстность бывшей адептки. -- Мы собираемся к нему. Сказал, на сотый день помру. Ходим в избу, в восторге бываем, плачем.
-- А он и не помер,-- сверкая глазами с тонкой улыбкой на губах говорит Пав. Иванов.
-- И теперь у Галац приезжаеть -- чистый бык,-- с брезгливой ненавистью говорит скопчиха.
-- Что-же ему, теперь не верят?
-- Где не верять. Там у него свои есть,-- говорять: он лучше Христа! Тот только 47 ден постился, а наш сто!
Пав. Ив. смеется тонким смешком: -- Етот родился в 44 году! Тоже под Меркурием. Собрал таких-же: сухие, коротколобые. Там они около Мангалии стали собираться в хатах: кричать, вертятся, неистово делають. И дверей не зачиняють. Народ идеть, едеть: болгары, молдаваны, турки, -- стануть, глядять: нехорошо. Вот другие наши-же, которые в другие годы рождены, особливо под Сатурном,-- тыи раз повскакали у хату, где они вертелись,-- давай кулаками их потчивать. Той вертится, а он его кулаком, той и свалиться под стол, под лавку, куда попало...
-- Да, не люблю я их. Одного я тут человека любил,-- той был жид. Ну, правильный человек. В 28 годе рождение имел, под знаком солнца. Раз приходить ко мне -- давай 100 рублей. На завтра надо. Поглядел я на него: когда родился?-- Тогда-то. -- Гляжу: лик у него открытый, взгляд быстрый и светлый. Дал, на слово. Через неделю принес. А как после меня постигло несчастие -- погорел до чиста,-- он мне дал 5000 франок, росписки не спросил. Об етом человеке, когда он умер, -- я плакал горько-слезно.
Румынами очень доволен: начальство здесь мягкое, много милостивее русского. Да и нельзя иначе: ничего не сделають. Один раз префект подозвал извозчика нашего, он по румынски не понимаеть, отправил в полицию.-- Ну, я иду выручать к комиссару. Той на меня накинулся: был приказ, чтобы не сажать таковых, незнающих на козлы в извозчики. -- Я говорю: ошибка на 1-й раз прощается. -- Я его вышлю за фронтьеру! -- Я кланяюсь: не высылайте, домнуле, на первый раз. Сам улыбаюсь. Он закипел: и тебя вышлю. -- Ну, я говорю, етого нельзя. Мой, говорю, отец жил у Браиле. От турка кто Браилу защитил? Мой отец. А я его сын. Вы сегодня директор, а завтра нет. А я был Павел Иванов и буду Павел Иванов. -- Повернулся и ушел, да к адвокату. Адвокат у два дня етого малого вызволил. Вот опять директор меня зоветь:
-- Ты как это поступаешь: я заварил себе плачинду {Плачинда -- род лепешки с начинкой.}, а ты адвокату отдал. -- Понимаете? А я говорю: вы очень со мною сердито говорили. Думаете адвокату много дал. Всего 20 франок. Да, тут им ходу мало. Мягки они.
-- А в выборах депутатов участвуете? -- Нет, не хочу. Не спокойно, низкость происходить... Не хочу. Один только у нас участвуеть...
Я стал прощаться. Павел Ив. долго держал мою руку и тряс ее, глядя мне в лицо: -- В 53 году? -- задумчиво повторял он. -- В городе или в деревне? -- В городе.-- Так. -- Он опять смотрел и все с большей нежностию жал руку.-- А зачем сюда? -- К консулу нужно. -- Были?-- Был, но не застал. Видел только секретаря. -- Армян, темноликий. Рождение Марсовой звезды. Дурной человек...
Он проводил меня за двери, все пожимая руку. 2 женщины радушно кланялись и слали поклоны в Тульчу.
Я шел по темной улице, обрамленной маленькими домиками. Ставни были плотно закрыты. Из редкого окна в щели виднелись полоски света. Это все "голуби", родившиеся под Меркурием и иными планетами -- за этими закрытыми ставнями,-- подумал я. И мне стало жутко: хорошо тем, кто родился все таки под Меркурием. Благо фанатикам до конца. Но какой ужас -- оказаться в этой "вере" уже без веры. Один мой знакомый подозревал одного из таких скопцов в том, что он, в сущности, сожалеет о совершившемся. На вопрос об этом скопец ответил: какая по твоему лучшая вера?-- Не знаю. -- Ну давай рассудим: переходят люди из православия в еврейство? -- Да.-- А из католичества, из лютеранства, из магометанства?-- Тоже. -- Ну, братец, а уж скопцу некуда идти. Значит -- самая лучшая вера. Понял?
NB. Пав. Ив. рассказывал о Чернове (поповал в Бухаресте): он в России (кажется в Екатер. губ.) на своего батька "копии продавал". В 60-х годах было постановление,-- не преследовать заявленных скопцов, если они указывали своих оскопителей. Один "садился в острог" и затем принимал на себя все заявления. -- Ты этого оскопил? -- Я. -- Таким образом набиралось по 100 и больше жертв оскопления на одного оскопителя. Интересно, что полиция, подкупаемая богатыми скопцами, выдавала такие копии щедрой рукой и часто принимались заявления от лиц еще неоскопленных, -- своего рода тецелевские индульгенции еще несовершенных грехов. Вот Чернов, посадив батька, сам продавал на него право получать копии. "Батько сидить, сын ходить в высоким цилиндре, у зубах цыгарка, в руке тросточка -- и продаеть батьковские грехи: по 200, по 300 р., а из Москвы приезжали и по 2 т. платили... Потом подался сюда, все спустил".
Есть и в Галаце Христы и богородицы и Иоанн Креститель и евангелист Лука... (все под Меркурием?).
В Галаце скопцов домов 250--290. В Бухаресте -- меньше.
20 августа
В Галаце. Консул Ник. Ник. Лодыженский, человек довольно любезный. -- В 1 час выехал на пароходе "Русь". В Рени происшествие со Степаном Русиновым, которого не пустили в Россию {Происшествие это описано в очерке "Эпопея" (см. т. XIX наст. изд.).}.
В 6 ч. в Тульче.
Свободное копирование
