13 марта. Москва.
Очереди за газетами ещё больше, чем вчера. Объявлен приговор право-троцкистскому блоку Бухарина, Рыкова и др. Всех, кроме троих, к расстрелу. Ходят разговоры, что давно надо их всех уничтожить, лучше сейчас уничтожить тысячу авантюристов, шпионов и вредителей, чем десятки миллионов честных людей (что и было бы, если бы не были пойманы вовремя эти бандиты). Ходят какие-то неясные тревожные слухи, что весной или летом этого года будет война. Гроза над СССР прошла, воздух прояснился, но на горизонте, за границей, собираются грозные чёрные зловещие тучи... Не верится этому: Германия ещё не готова для войны с нами. А Япония надолго занята китайским вопросом. Делается страшно.
В лаборатории делал препараты с бальзамом. Механические анализы, можно сказать, закончены все. Уверенно подхожу к концу.
Вечером читал Гюго, немного Ленина. Сегодня Варя должна получить моё письмо. В одиннадцать часов она придёт домой. Но в восемь часов вечера я уже не был способен ни к чему. В 8-30 вечера машинально подошёл к телефону: я без Вари не могу жить. Звоню. Неожиданно она оказалась дома. Говорит, что письма не получила. Дома без перемен.
— Варя, я всё же хочу тебя видеть... Хоть и не имею на это права…
— Нет, я тебе уже всё сказала.
— Я хочу тебе кое-то посоветовать по твоему семейному делу.
—Ну, приезжай сейчас.
Неужели? Бросаю все книги и еду к Варе. Избегаю смотреть на неё, стараюсь сдерживать волнение. Разговаривали о деле: по словам Вари, она не видит никакой причины к аресту отца. Только что-нибудь с подданством. В разговоре принимала участие и её мать. Затем пришли Люба и Варин брат.
Я собрался уходить, навязываться я не имею права. Подаю руку Любе…
— Ты куда? Садись. Ведь ещё рано.
А Варя резким, недовольным и досадливым голосом говорит Любе:
— Что ты его задерживаешь, если он не хочет?..
Но в её словах всё же скрыты обида и досада. Я остаюсь. После фотографирования, где Варя стала похожа на мою прежнюю Варю, Люба ушла, и я остался один с Варюшей. Тяжёлый, небольшой, тихий разговор. Как тяжело... Какая Варюша прекрасная и честная.
— Ты пользуешься моей слабостью, знаешь, что я всё прощаю, — сказала Варя.
И после этого — страстные объятья и поцелуи. Как будто прорвался нарыв… Варюшечка опять со мной. Но теперь-то я уж её не упущу, она должна быть со мной всю жизнь. Свиньёй же я никогда не буду…
Около часу ночи поехал домой. Варюшечка проводила до трамвая. Какая она хорошая! А письма моего она ещё не получила. Я счастлив... Но не совсем. Очень много ещё не налажено. Варюша этого не забудет. Мне ещё долго придётся страдать и сомневаться. Но и в том, что сегодня было, есть очень многое. Права оказалась Оля, сказав: «Прощай до завтрашнего вечера!».
Свободное копирование
