Наконец летом, во время отпуска, мы снова с женой принялись за дело. Пьеса была вновь прочитана труппе и художественному совету и окончательно принята к работе. С большим увлечением мы начали репетиции. Мне помогал также увлеченный теккереевским материалом В. И. Цыганков, мой сорежиссер спектакля.
В. Ф. Рындин, которого мы просили быть художником, принял наши предложения об использовании карусели как основной формы спектакля, соответствовавшей характеру произведения. Вертящийся круг сцены был обрамлен вторым занавесом, навешенным на весь круг. Таким образом этот круглый занавес, закрывавший весь вертящийся круг со всех сторон, напоминал стенки барабана. Занавес был расписан художником на темы спектакля. Тут был и старинный вид Лондона со снующей толпой, и кровопролитные сражения — батальные картины, и портовые сооружения на Темзе… При вращении круга занавес вращался вместе с ним, обращаясь в панораму, возобновлявшуюся лишь при прохождении полного круга. Круг был разделен на четыре-пять секторов, в которых заготовлялись следовавшие одна за другой без перерыва сцены спектакля. В каждом секторе подымался свой занавес, представлявший собой одну из частей общего кругового занавеса и соответствовавший характеру играемой картины.
Представление кукольником действующих лиц шло на вертящейся сцене, на фоне занавеса-панорамы. Действующие лица появлялись на сцене, которая казалась каруселью, так как, по предложению Рындина, они въезжали на вращавшемся сценическом кругу, сидя на соответствовавших их характерам сиденьях карусели, представлявших собой: красивых лошадок для военных, слона для мистера Седли, только что вернувшегося из Индии, черную кошку для Бекки Шарп, белого лебедя для лирической Эмилии. Во время движения карусели непрерывно вращалась и панорама кругового занавеса.
«Вот она — ярмарка житейской суеты», — говорил кукольник. «Место, нельзя сказать, чтобы очень назидательное. Да и не слишком веселое, несмотря на царящие вокруг шум и гам… Давайте заглянем туда вместе… Мы увидим здесь зрелища самые разнообразные: кровопролитные сражения, величественные и пышные карусели, сцены из великосветской жизни, а также из жизни очень скромных людей, любовные эпизоды для чувствительных сердец, а также комические, в легком жанре… Смотрите…». И шло представление действующих лиц, появлявшихся на карусели.
В эпилоге, при прощании со зрителями, снова вертелась карусель и снова в последний раз появлялись персонажи спектакля, уже расположенные несколько иначе, соответственно заключительным событиям. Движение карусели-панорамы в прологе и эпилоге, так же как и движение ее при смене картин, давало органический повод для возникновения музыки, великолепно найденной Н. И. Пейко, который вместе с В. Ф. Рындиным помог создать впечатляющую и оригинальную атмосферу, где сливались воедино музыка, свет и прелестная живопись декораций.
Свободное копирование
