15 октября.
Вчера и сегодня продолжаем самолетами отправлять участников экспедиции и космические корабли в Москву. Всего улетело пять Ан-12, два Ил-18 и пять Ил-14.
Подготовленный нами рапорт Комарова и выступления членов экипажа на Красной площади забракованы. Москва еще вчера вечером намекнула, что заголовок рапорта (обращение к Хрущеву) будет другим. А сегодня утром мы уже официально узнали о смещении Хрущева и о назначении Брежнева Первым секретарем ЦК КПСС, а Косыгина - председателем Совета Министров СССР. Это событие ошеломило нас. Я знал, что Хрущев делает много глупостей (культ, семейственность, непрерывные оргии, звания Героев Советского Союза иностранцам, путаница в международных отношениях, пренебрежение коллегиальностью и так далее), и был уверен, что он "влипнет" в историю и никогда не займет в ней место, подобное тому, какое заняли Ленин и Сталин, но я не думал, что он сорвется так быстро. Брежнев, Суслов и Косыгин проявили большую смелость и перехитрили одного из самых хитрых людей современности. Смещение Хрущева можно только приветствовать - это благо для СССР и лагеря социализма, - но глупо не видеть, что подобные перевороты наносят ущерб авторитету нашей политической системы. Нашей стране не хватает твердых конституционных законов. Вредно, когда министры и "вожди" сидят в своих креслах по 20-30 лет. Необходимо и в партии, и в правительстве менять руководящих лиц через каждые 4-5 лет и никогда повторно не назначать на одну и ту же должность. Если такого твердого порядка не будет, то вельможи, князья и царьки будут расти, как грибы.
В 10 часов к нам приехали Тюлин и Королев. В нашей беседе приняли участие генералы Кузнецов и Чугунов, а также космонавты. О переменах в верхах не говорили, хотя это событие занимало мысли всех. Мы с Тюлиным пытались убедить Королева не спешить с пуском "Выхода". Я сказал Сергею Павловичу, что в создавшейся обстановке нет никакой надобности спешить с очередным космическим полетом. Слово, данное Королевым Хрущеву о пуске в ноябре, потеряло силу, а успех "Восхода" может "заполнить" 3-4 месяца, которые уйдут на доработку скафандра для выхода в космос. Королев хотя и не дал согласия на перенос пуска "Выхода" на 1965 год, но был явно поколеблен в своих прежних намерениях. Тюлин целиком согласен со мной, так что пуск "Выхода" будет осуществлен в марте-апреле 1965 года.
Примерно в полдень мы проводили Королева и Тюлина на аэродром. Опустел Тюра-Там, здесь с экипажем остались я, Кузнецов, Чугунов, журналисты, кинооператоры и три офицера (Никитин, Никерясов, Омельчак). День нашего вылета в Москву пока неизвестен, ясно только, что раньше 18-19 октября мы не полетим.
Свободное копирование
