14 октября.
Вчера нам стало известно, что Хрущев вылетел из Пицунды и в 14:00 будет в Москве. Мы ждали, что в Кустанае космонавтам придется разговаривать с Хрущевым по телефону, но около 15 часов нам из аппарата Смирнова сообщили: "Космонавты не дождутся разговора с Хрущевым, можно улетать на полигон". В гостинице космонавтов (17-я площадка), где разместился экипаж, мы опять ждали разговора по телефону с Хрущевым, и опять разговор не состоялся.
К 10 часам в спортивном зале гостиницы космонавтов собралось человек 200 военных и представителей промышленности. Комаров, Феоктистов и Егоров доложили о результатах полета. Доклады, вопросы и ответы космонавтов записаны на пленку. Коротко об итогах полета можно сказать следующее. Полет трех специалистов дал возможность выполнить несравненно больше наблюдений и научных исследований, чем в предыдущих полетах. Феоктистов честно доложил, что в невесомости он иногда "чувствовал себя вверх ногами", но это не мешало ему работать. Егоров все время чувствовал себя стоящим на коленях и с опущенной вниз головой. На 6-7 витках у Егорова появились незнакомые ранее ощущения в желудке, но после сна эти ощущения прошли.
Руководители Госкомиссии и экипаж "Восхода" пообедали вместе: выпили за космонавтов, за здоровье Королева и всех, кто готовил полет. В 17 часов экипаж провел встречу со стартовой командой и представителями промышленности в 50 метрах от места старта. В ходе встречи генерал Горегляд передал приказание Вершинина: "Маршалу Руденко немедленно вылететь в Москву". По дороге на десятую площадку мы "ломали головы", стараясь угадать причину экстренного вызова. Приехав в нулевой квартал, Руденко по "ВЧ" связался с Вершининым, который сказал ему: "Сегодня в 18:00 состоится пленум ЦК КПСС, вылетайте немедленно". Известие о пленуме было неожиданным. Руденко вылетел в Москву в 17 часов по московскому времени. По всему чувствовалось, что в Москве происходит что-то необычное, но что именно, мы не знали.
Свободное копирование
