16/29 июня. Все ждали мы на службе, что нам выдадут продовольственные карточки лит. А, но выдали только лит. Б. Первый же литер дали только лицам, занимающимся «физическим трудом», а также курьерам, машинисткам и, почему-то, «техникам». Один мой приятель «техник», Вениамин Николаевич Михайловский, утешил меня тем, что на его карточке (лит. А) ничего поэтического нет, а на моей есть: на обороте ее оказались такие стихи:
Пролетариат
Стихия — я, я — смерч, я — ураган,
Я созидаю, я разрушу…
Я успокою боль жестоких ран,
Воспламеню робеющие души.
Войду в жилища их, возьму и города,
Их мыслями, их снами завладею.
Огонь создам я из кристаллов льда,
Их мертвые сердца я пламенем согрею.
Их храмы красоты с забытыми богами,
Светильники с угаснувшим огнем
Я озарю нетленными мечтами
И новый свет зажгу над новым алтарем.
Что это означает — никто не знает. Вообще какая-то неумная выдумка. Видать только, что сочинитель этих стихов не нашего поля ягода и сытый, должно быть. (Сам-то, поди, лит. А получил за свой «нефизический» труд.)
Вчера, дай Бог ему здоровья, сынок немного утешил: прислал из Харькова 9 арш. сукна, ботинки и 40 сигар. Так и пишет: «Если есть нечего — продайте, а нет, то носите себе на здоровье.»
Привезший посылку молодой человек порассказал нам, что в Харькове теперь хуже, чем в Москве: «Хлеб 5.000 р. ф., картошка 2.000 р. ф» Неужто сбывается или сбудется мое речение, что когда в провинции будет хуже, тогда в Москве будет лучше?! Впрочем, не то и не так: было время, когда хуже Москвы нигде не жили, а теперь есть места, перещеголявшие дороговизной саму Москву.
Свободное копирование
