28 июля/10 авг. Получил от своего полтавского «героя» письмо от 31 июля. «Было дело под Полтавой…», пишет с поля, где-то на ж.д. линии между Миргородом и Ромоданом. Если не врет, так он и под Константиноградом сражался, и делал налет на Новомосковск, и забирался на 40 верст в тыл к противнику, но случился «маленький» казус: как-то попался в Полтаве на глаза какому-то члену Военсовета «в подвыпитии», и за это попал дня на три в тюрьму и отставлен от должности «политкома», а потом пришлось эвакуироваться из Полтавы, что и было сделано 29-го июля вечером и, как видится, очень поспешно, потому что не успел собрать своего имущества и сидит теперь около Ромодана в старом френче, «рыжих брюках, в казенных сапогах, в фуражке а ля Керенский, с красной звездой, но в грязном белье и худых носках, со 180-ю рублями денег»…
Предполагает, что его отправят теперь в Александрию (кажется, Херсонской губернии).
На западном фронте идут упорные бои в пяти верстах от Минска.
В Венгрии новый переворот. Министерство, сменившее Бела Куна, отрешено от должностей, и власть перешла к Эрцгерцогу Иосифу, которого союзники назначили «Верховным правителем Венгрии». Министром иностранных дел и председателем кабинета министров назначен тоже «эрцгерцог» — Стефан-Фридрих… Между тем, в Будапеште находится уже 70.000 румынских войск. Не поймешь, кто же теперь хозяева Венгрии — эрцгерцоги или румыны?!
† В Харькове расстрелян полковник Рябцев, перед Октябрьской революцией командовавший Московским округом.
† В Ярославле расстреляли моего бывшего сослуживца Александра Владимировича Енгалычева, хорошего и доброго человека. И расстреляли будто бы за то только, что был «князем». Действительно, князем-то он родился, но без рабов, без имений, без богатства, и лет тридцать добывал себе средства к существованию пароходной службой, начав ее очень маленькой, чуть не матросской должностью — «практиканта» и кончив агентом в Ярославле, агентом, так сказать, только «2-го разряда»… Царство ему небесное! Хороший был, честный, гуманный и ласковый!
Свободное копирование
