21 декабря, суббота.
Отправляясь к Карсинскому, захватила с собой костюм, в котором была на балу интернов; в нём удобно позировать для бюста, и удобно снять.
Мастерская была тепло натоплена. Карсинский в блузе, с руками, замазанными глиной, казался гораздо естественнее и лучше, нежели в салоне Кларанс.
Он работал над чьим-то бюстом, когда я постучалась.
-- А, наконец-то! Я уже полчаса жду. Ну, с чего же мы начнём? Одну голову? это неинтересно, а для бюста вы должны снять свой корсаж... но лучше было бы, если бы решились позировать вся. Что вы думаете -- не позировали у меня интеллигентные женщины, что ли?
-- Не думаю, -- сказала я.
-- Вот и ошиблись! Взгляните -- он показал на бюст молодой женщины с лицом необыкновенно выразительным и умным, и на большой барельеф во весь рост -- св. Цецилию.
-- Но ведь это -- одетая.
-- Да прежде надо слепить фигуру с натуры, а потом и одеть. Ведь и эта фигура -- на памятнике Белинскому -- неужели вы думаете, что так идёт оставлять её голой в нашем-то климате?
И нам стало смешно.
-- Я должна переодеться.
-- Вот ширмы.
Я сняла платье и надела тунику, распустила волосы. А когда вышла из-за ширмы, Карсинский окинул меня всю взглядом знатока.
-- Для бюста надо обнажить себя до пояса, сказал он, -- умелою рукою отстегивая крючок сзади. Туника спустилась с одного плеча.
Какое-то желание испытать позы, неизведанное ещё ощущение охватило меня...
Я видела, как Карсинский ждал. Незаметно отстегнула другой крючок, и туника упала, обнажив меня всю.
-- Ах! -- вырвалось у него... -- Стойте теперь, вот так; повернитесь ещё раз; теперь выберем позу. Садитесь сюда на диван, к вам идёт что-нибудь такое, например, отчаяние...
Мне ли не знать, что такое отчаяние! При одной мысли о нём вся моя фигура и лицо сами собою выразили такое безграничное отчаяние, что скульптор в восторге вскричал:
-- До чего верно вы понимаете мысль художника! Вы -- неоценимая модель, вы меня вдохновляете... Ну уже и сделаю же я с вас статую! В России опять заговорят обо мне... Так и назову её -- "Отчаяние". Это будет большая работа... А пока -- у меня есть ещё бюсты, которые надо кончить скорее; я начну с вас один из них... Грудь должна быть видна вся, голову слегка наклоните вправо, волосы -- вот так... я назову ее "Лилия". Как хорошо! У вас удивительное выражение лица -- задумчивое такое, нежное...
Я пошла за ширмы и оделась; потом расстегнула лиф, приняла позу, какую он указал, и сеанс начался. Умелые пальцы постепенно придавали жизнь и человеческий облик бесформенной глиняной массе...
Свободное копирование
