1-го камергер Шталь был отправлен в Гамбург, а майор Штакельберг за привезенное им известие получил в подарок золотую табакерку, наполненную червонцами. В 8 часов последовал сигнал для сбора всех парусных судов у князя (Меншикова), после чего его высочество сел на свой торншхоут с Альфельдом, Плате, Брюммером, Тихом и со мною и отправился к дому князя. Император был уже там, и князь на мосту поднес его высочеству и всем нам по рюмке водки. В 9 часов императрица прислала к герцогу камер-юнкера Монса, чтоб предложить ему свою собственную шлюпку, если он желал ехать проститься с принцессами, которые в поездке участвовать не будут. В половине десятого император отплыл с маленьким флотом, но мы дожидались его высочества до половины одиннадцатого и затем отправились также в путь. Платена герцог оставил в городе для распоряжений по покупке провизии, потому что могло случиться, что мы при попутном ветре на другой же день рано утром отправимся в Ревель, не дожидаясь галер, которые должны были отплыть только 10 числа. В половине третьего мы прибыли в Кронслот, и его высочеству был отведен там тот же дом, который он занимал два года тому назад. Император и императрица не выходили на твердую землю, равно как и большая часть вельмож. После обеда Измайлов был послан к великому адмиралу узнать, на каком корабле нам назначено быть, и возвратился с ответом, что мы будем находиться на фрегате “Transport-Royal”, но что так как его здесь еще не было, то адмирал обещал спросить о том у императора, а между тем отдал приказание, чтоб “Transport-Royal” был приведен в Кронслот. Незадолго перед обедом, когда я ходил осматривать новые каналы, император выходил на берег, но скоро возвратился опять на свое судно. Около 7 часов подошли оба стоящих здесь гарнизоном полка, именно Новгородский и Владимирский; один из них, сложив оружие под нашими окнами, ушел опять назад за своими вещами. По возвращении его они тотчас отправились к пристани и сели на корабли. Часов в восемь Измайлова послали к императрице узнать, когда его высочеству можно будет проститься с нею. Он возвратился с ответом, что ее величество даст знать об этом герцогу. Между тем явился вице-адмирал Вильстер и сказал, что при раздаче паролей ему приказано командовать кораблем “Фредемакер” и просить его высочество находиться на этом корабле, что было нам очень приятно. Его высочество тотчас же приказал постели отвезти на нашу квартиру, а прочие вещи и прислугу отправить прямо на корабль, чтоб мы тем скорее могли быть готовы, если отъезд будет назначен на другой день рано утром. В 9 часов ударили зорю, а в 12 прибыли остальные наши кавалеры — Плате, Штамке, Негелейн и придворный проповедник вместе с служителями, у которых были на руках наши вещи и провизия.
Свободное копирование
