12 октября, среда. Взял себя в руки и утром пошел в банк менять деньги для поездки в Германию. Я уже твердо решил особенно не суетиться в связи с надвигающимся кризисом. СМИ, говоря о кризисе, все время опускают словечко "банковский". По моему рассуждению, это частичное обрушение мировой банковской пирамиды. Невольно вспоминаю Ленина. Он был неплохим экономистом и именно как экономист с ненавистью относился к банкам, как паразиту экономической жизни населения. В банке, кстати, была толпа народа. Здесь опять невольные размышления о нашей повседневной жизни. Мы опять почти директивно, дабы помогать нашим банкам, перешли в оплате всего на банковские карточки. Кстати, и наш Институт на них перешел, причем тоже директивно -- просьбы работников перейти в Сбербанк остались безрезультатны -- мы в "Хоум-банке". Перейти-то на карточки перешли, а отделений по Москве мало. Мое отделение полно старых женщин, для которых все это нелегко. Точно так же мы поступили в Москве, освободив левые полосы на магистралях. Полосы-то освободили, но муниципальный транспорт почти извели. Так редки последнее время у меня на Ленинском проспекте троллейбусы и трамваи.
В четыре тридцать начался семинар. Обсуждали Лику Чигиринскую, она написала очень неплохой рассказ о смотрителе маяка. Девочка она, конечно, рациональная, но рассказ здесь получился как-то помимо рациональных задумок. Я был в некотором ударе, все получилось, кроме одного: вызывающей и до некоторой степени провокационной выходки Антона Баранова, связанной с еврейским вопросом. Ну да ладно, в следующий раз я его так самоотверженно, как в этом году, спасать не стану. В конце дня, а может быть, именно вследствие высказывания Антона у меня возникла мысль, связанная с Медведевым и Путиным. В России инстинктивно в Путине чувствуют, при всей его любви к крупному капиталу, защитника национальных интересов. Кого Россия боится -- еврейского капитала. Здесь невольно опять вспоминаешь евреев-управленцев поместьями польских помещиков в Польше в 17 веке. Какой был гнет крестьян! Об этом я слышал по "Эху Москвы" в передаче о Богдане Хмельницком, которую вел Алексей Венедиктов.
Уже около 12 по первой программе была "дуэль" Сванидзе и Кургиняна -- Юлии Тимошенко дали 7 лет у нее на родине за подписание газового контракта с Россией в то время, когда она была премьер-министром. Ах, ах, здесь политическая составляющая. Ее надо пожалеть: женщина! Один из выступающих напомнил, что она бы должна была сидеть и в русской тюрьме, потому что дала взятку русскому генералу, который сидит, и в тюрьме американской, потому что там уже сидит ее "соавтор", когда-то вице-премьер Лазаренко. Разговоры о политической составляющей возникают в качестве страховки для всего чиновничьего корпуса во всем мире, который традиционно нечист на руку. Только сойди с места, тебе сразу вспомнят!
Символично, что Кургиняна, точку зрения которого я разделяю, поддерживало большинство телезрителей. Счет у них с "либералом" Сванидзе приблизительно в тысячах один к девяти.
Свободное копирование
