5 октября, среда. Начать ли с обзора прессы или с того, что злая бюрократическая судьба погнала меня в Обнинск? Сначала Обнинск. Среди многих забот пожилого, даже старого человека есть еще и такая: что произойдет с довольно существенным имуществом, которое останется после тебя. В конце концов, это немудреное имущество собирало несколько членов семьи. Не давать же все на разграбление дворникам. В общем, уже довольно давно через Антона, сына-юриста нашего бывшего коменданта, который нынче живет в Италии, я оформляю право собственности на дачу. Я уже точно решил, что завещаю ее через отца своему крестнику Сереже, сыну С.П.. С.П. сможет долго поддерживать ее именно в моем, знакомом ему надлежащем порядке. На дачу я решил свезти и свой архив, все те коробки, которые хранятся в Сопове. Те быстрые перестройки, которые сделал на моей любимой даче племянник Валера, меня расстроили. Представляю, как полетят в костер все мои бумаги. В общем, оформление права собственности муторное дело. Один из этапов -- точный план участка. Вчера позвонил Антон, у которого в Обнинске все знакомые и который знает все ходы и выходы: сегодня после двух приедут землемеры.
Я встал в половине шестого, а уже в восемь на маленьком автобусе катил в Обнинск. По дороге понял, почему так часто бьются пассажирские "газели". Шофер, пожилой азербайджанец, гнал со скоростью 120 км/ч, обгоняя почти все машины. Но, слава Богу, доехали невиданно быстро и оказались целыми. Чуть позже этой частной перевозке будет посвящен еще один фрагмент.
К даче шел долго, почти полтора часа через лес. Я не ходил этой дорогой уже лет восемь. Знакомый лес оказался невероятно захламленным: бурелом, поваленные деревья, гниль, хлам, банки, бутылки. А когда-то через лес шли ухоженные тропинки, иногда через влажные места были настланы мостки. Обыденная, окружающая жизнь ветшает.
Теперь обзор, который точнее было бы назвать обзором происшествий. Еще вчера говорили, что во Владивостоке из-за какой-то мелочной неуплаты за газ был погашен Вечный огонь. Памятник и "пламя" были на балансе Тихоокеанского флота, и расходы на "вечный" газ не были включены в баланс. Следовательно -- непроизвольные расходы. Местные начальники не успели договориться, а ветераны не успели скинуться, как это уже раз случалось. Этот не только вопиющий, но и позорный для режима факт был доложен президенту. Президент всех разбранил, деньги сразу нашлись, сегодня огонь включили. Здесь много поводов для размышлений, в том числе и такой -- вертикаль власти в действии!
Второй факт -- традиционная в России взятка. Ожидая на Киевском вокзале, когда отойдет автобус, я раскрыл давно уже не читаемую "Российскую газету". Комментарий по поводу будущего состава Думы. Те же "единороссы", и в большинстве те же самые наторевшие в выгодном капиталу лоббировании интересов депутаты. По подсчету газеты приблизительно 140 "единороссов" будут повторно, в качестве депутатов, служить родине, уже воющей от этого служения. Любопытно, что, видимо, недаром уже в открытую эту партию называют и партией чиновников, и партией воров. Так вот о воровстве. Привожу. "Взят с поличным. Первого заместителя прокурора Кисловодска поймали на крупной взятке". Еще один прокурор! Примеры подмосковной прокуратуры заразительны. В тексте есть разъяснение -- 700 тысяч рублей, но приводится не только эта сухая цифра. "Но что интересно, по свидетельству очевидцев, после того как произошло задержание, кто-то орал на полицейских, охранявших вход в прокуратуру, обвиняя их в том, что они свободно пропустили внутрь сотрудников ФСБ". Но и это не все. Буквально рядом на полосе другая, столь же занятная информация со знаковым словом "попался". "Заместитель начальника учебного автомобильного центра Минобороны майор Дмитрий Капустин попался на взятке". Как мы видим, любимая игра у наших чиновников это "взятка". Но в последнем случае есть привкус невероятной пикантности. Именно майор Капустин сидел за рулем "ЗИЛ-115В", на котором министр обороны Анатолий Сердюков объезжал войска во время майского военного парада на Красной площади. Ничего не придумал, в подобных случаях фантазия писателя немеет.
Собственно день прошел довольно бездарно. Для меня "бездарно", когда ничего не писал, ничего не читал, когда никаких мыслей. Но, правда, возник еще один мелкий штришок, опять годится в качестве некой иллюстрации нашего боевого времени. Домой решил снова ехать на маленьком частном автобусе, на "газели". На привокзальной площади отыскал идущую в Москву машину и минут тридцать сидел в салоне, ожидая, когда пассажиров наберется полный коммерческий комплект. Бодрый водитель, естественно, тоже выходец с Кавказа, покуривал возле открытой двери. Через полчаса он торжественно нам объявил, что сегодня он, пожалуй, не поедет -- не выгодно. Мы все поплелись за билетами. Надо, правда, сказать, что здесь у меня, как у московского пенсионера было преимущество -- билет бесплатный. Вот собственно и все. Сидел в электричке, наблюдал, как контролеры гоняли безбилетников из вагона в вагон. Это такая игра: или безбилетника оштрафуют, или он успеет выпрыгнуть на ближайшей станции. В окне уже несколько капитализированное Подмосковье -- кирпичные дачки, особнячки. Пытался читать английский, не пошло. Неужели вот так бездарно пролетел весь день. Что у нас на балансе? Ну, например, минут тридцать просидел в кресле во дворе, слушая радио. Приемник на даче настроен на две станции: если я один -- "Эхо Москвы", если на даче молодежь -- все время звучит "Дискотека 80-х". На этот раз радио иронически распространялось о суде по правам человека для СНГ. Это идея вице-спикера Совета Федерации Торшина. Интересно было, когда на джипе приехали землемеры. Работали двое плотных молодцов минут двадцать, у них замечательный теодолит с лазером. Потом все обрабатывается на компьютере. Вспомнил своего брата Юрия, который занимался почти тем же, но только сколько мороки было с камералкой. Все надо было считать.
Но день совершенно не пропал зря. Вдруг в электричке внезапно понял, как построить доклад в Марбурге. Все встало на место, я увидел и себя, делающего доклад о Ломоносове в Германии, и Барбару, которая меня тихонечко переводит. В любом докладе или лекции главное -- интонация.
Свободное копирование
