8 апреля, пятница. Невероятно за сутки упало давление с почти "нормы"760 до 740.
Основным событием дня было письмо от Семена Резника.
"Уважаемый Сергей Николаевич! Последнее время я живу в невероятной суете, из-за которой все еще не дочитал Вашу книгу. Я сразу уткнулся в дневник, минуя роман, думал его бегло пролистать, но не получается! Хотя есть места, для меня не столь интересные и даже не вполне понятные (особенно когда Вы называете людей по имени отчеству без фамилии, и я не всегда могу понять, о ком идет речь), но читаю без пропусков, чтобы не упустить что-то важное, так как Ваша непринужденная манера, свободный полет ассоциаций, быстрые переходы с предмета на предмет держат в постоянном напряжении. Не хочу говорить о литературных достоинствах -- они второстепенны по сравнению с общим впечатлением грандиозности содеянного. Некоторые Ваши взгляды мне не близки, кое с чем хотелось бы крепко поспорить, но все это отходит на второй план, ибо прежде всего покоряет неуемность, жадность к жизни, ко всем ее сторонам и проявлениям, которые сквозят в каждой строчке. Не спрашиваю, как у Вас хватает времени на ежедневные записи, но как хватает душевных сил все это в себя вбирать, переживать и фиксировать в слове?! Как?? Тут и умирающая собака, и наседающие родители обиженных кандидатов в студенты, и министры, и какие-то заседания, фуршеты, похороны, юбилеи, и при всем том Вы пишете роман, и утепляете дачу, и даже кулинарничаете по знаменитой книге товарища Микояна... Как может все это вобрать одна человеческая душа -- для меня загадка. Нет никакого сомнения, что Ваши Дневники останутся навечно самым ярким памятником эпохи, их будут читать и изучать до тех пор, пока будет существовать русская литература, а она, полагаю, несмотря ни на что, вечна. Таково мое первое, предварительное впечатление от еще недочитанного Дневника (я дошел до октября). Не стал бы Вам писать сегодня, а подождал бы до прочтения всей книги, но делаю это потому, что Вы до сих пор не сообщили мне Вашего адреса и, главное теперь, номера телефона. Дело в том, что на днях мы с женой едем в Москву, и я льщу себя надеждой повидаться с Вами лично. Но для этого нужен номер Вашего телефона. Пожалуйста, сообщите незамедлительно, в Москве мне трудно будет его разыскивать".
Только этим я и живу в окружении известности разных персонажей нашей текущей жизни. Но время так стремительно меняется, что невольно начинаешь думать, так ли справедливы эти прогнозы, может быть, одичаем совсем? Абсолютно точно пишет Резник и о собственно литературных достоинствах Дневника. Но выписывать здесь, как я иногда выписывал тексты, невозможно, тогда сокращается объем информации и сам размах повествования.
Днем, как обычно по пятницам, показал своим ребятам с первого курса документальный фильм "Семечки". Этот фильм я показывал своему в прошлом году четвертому курсу. Тогда было ощущение некого снисходительного принятия, сегодня чувствую, как для ребят это становится духовной пищей.
После "киносеанса" сразу же поехал к прибывшей из Берлина Елене. Ну, она меня, конечно, накормила, даже чуть попили водочки. Дальше пошли разные разговоры и про Берлин, и про Отечество. Среди новостей. В Германии все же докопались до российских пенсий лиц, приехавших на постоянное место жительство, и дружно ровно на сумму, которую пенсионеры получают из России, уменьшили свою помощь.
Вечером по НТВ была знаменательная передача -- Никита Михалков вел в передаче Антона Хрекова диалог с Маратом Гельманом, членом Общественной палаты. Говорили по поводу приснопамятной михалковской мигалки на автомобиле. Здесь сразу у меня возникло соображение: а) какое счастье, что в эту Палату я не попал, хотя намерения у меня были самые наивные -- заниматься селом; б) занятны вкусы этой Палаты. Они выбрали очень точно, своего. Мне потом рассказывали, что надо было ходить и лоббировать, а я гордо, как С.П. во время выборов ректора, ходил и надеялся на Божий выбор и справедливость. "Когда будет надо -- отдам". Михалков готов снять мигалку, но сделает это не из-за обсуждения и критики. Он включает ее, когда это действительно необходимо. Напомнил, что он председатель СКР, возглавляет общественный совет при Минобороны, есть и другие должности. Занятна была одна реплика мэтра: "Я задаю себе вопрос: Никита, ты отдашь эту мигалку, и в эту машину сядет Ебардей Гордеевич Кукушкин и будет ездить на ней. Эти люди успокоятся? Да, успокоятся, потому что у Ебардей Гордеевича это нормально, но не у Михалкова". Здесь есть некоторая правда, либеральная часть раздражена именно успешностью Никиты Сергеевича! Мне понравилось, когда Н.С. задали по нынешнему времени почти провокационный вопрос, за кого бы он отдал свой голос, если бы на ближайших выборах баллотировались Путин и Медведев, он, ни секунды не колеблясь, ответил: за Путина. Аргументацию я выпускаю, "за своего". В качестве агитационного подобный ответ может многое сделать. Совершенно очевидно победил он и в дискуссии, когда стал показывать "картинки", которые Гельман или поддерживал или пропагандировал, я имею в виду разные "Синие носы", прозвучало имя и Андрея Ерофеева -- искусствоведа. Занятно было выступление одного из еврейских богослужителей на стороне Михалкова. Тот стал обвинять Гельмана в том, что он забыл, что еврей, не владеет языком, отошел от еврейского бога. Это абсолютно верное замечание: любого бога надо бояться и его чтить. Но, это я уже по поводу американского пастора, который сжег коран, что вызвало огромное волнение в мире. Сжигать подобные книги это в первую очередь не уважать своего бога, которому ты служишь и чтишь.
Свободное копирование
