22 января, суббота. Не писал два дня не потому, что находился в состоянии нирваны и туристской эйфории, а был в состоянии напряжения, тревоги, почти паники. Время последних крушений постсоветских мифов. Уже рухнуло советское "Летайте самолетами "Аэрофлота"". А почему собственно "Аэрофлота" -- что, лучшая компания? А как с зимним недавним столпотворением в Шереметьеве, где эта в прошлом знаменитая авиакомпания в основном базируется? А как с реагентами от обледенения во время "ледяного дождя", которые в аэропорт не "завезли"? Мы уже почти расстались с ощущением, что одно из основных достижения "перестройки", "доступность", тоже становится ускользающим мифом.
"Кока-кола", "Фанта" и "Пепси" идут на пользу всем, в том числе и нашим детям, не так ли? Сейчас прощаемся с ощущением -- капитализм это всегда надежно, качественно и своевременно. Как безропотны, улыбчивы и предупредительны были русские продавщицы в наших первых бутиках и только что открывшихся супермаркетах. А что мы видим сейчас? Если в пустом зале милая молодая дама в фирменном платье говорит по телефону с подругой или любимым, то любой покупатель ею рассматривается уже как потенциальный враг. Все время ожидаю, что где-нибудь в продмаге на мою жалобу, что творожные сырки продаются с просроченной датой, мне в ответ рявкнут знакомое "Ходят здесь разные в шляпах". Я давно расстался с иллюзией, что свобода выезда и въезда в страну, по большому счету, стоит присущей всем советским людям уверенности в своем будущем, спокойствия за медицинское обслуживание, работу, право на жилье, бесплатное высшее образование и ГОСТ на сметану и куриное мясо. Вот теперь после бурной туристской осени рушится и привилегия условного российского "среднего класса" иногда чувствовать себя уважаемым человеком хотя бы за границей.
Так почему я практически два дня не пишу Дневника, который с 1984 года веду регулярно? Почему уже почти двое суток не открываю компьютер, не могу сосредоточиться на книгах, которые всегда беру с собой на отдых? А как же то чувство свободы, с которого я начал свое путешествие? Нет, летели хорошо, прекрасно сели, наш добрый народ сразу же зааплодировал, не предполагая, что в Бангкоке уже севший самолет может, сорвавшись с тормозов, врезаться в кирпичную стену гаражей. Здесь ведь, хотя и королевская власть и в пользу Их Величества собирают 7%-й налог, но существует порядок. Ну, порядок, конечно своеобразный, по словам нашего будущего гида, коррупция пронизала всю страну, но в столице есть закон, правила, хорошая полиция и ответственность. Про дороги, аэропорт, роскошную гостиницу, отель почти в 90 этажей не говорю -- это песня. Гид с прекрасным русским и английским Ермек, закончивший университет в Бишкеке, усадил нас в лобби отеля на 18-м этаже, взял наши паспорта и ваучеры на обслуживание, на трансфер и проживание и через двадцать минут поставил нас на место, превратив из господ в подобострастных и жалких клиентов: "Ваша московская фирма не перевела деньги за гостиницу". Следующая фраза нашего гида была гениально проста: "Свяжитесь с вашей фирмой". Как быстро рухнула мечта после девятичасового перелета помыться в душе, переодеться, эдаким фланером взглянуть на роскошный город.
Какое счастье, что у всегда предусмотрительного С.П. оказался телефон фирмы, в которой мы заказывали этот очень недешевый тур: полтора дня, две ночи в Бангкоке и восемь дней на знаменитом острове Пхукет -- курортной, но менее отвязной, чем Патайя, зоне, в которой я побывал лет двадцать назад. Я тогда помню, что у нас в программе стояло некое шоу, предложенное тайской стороной, но когда руководитель нашей группы узнал, что это шоу трансвеститов, посещение группой журналистов представления было тут же отменено. Но лет двадцать назад у нас не было никаких сложностей с расселением.
Итак, начались изматывающие, как военные переговоры, телефонные беседы с фирмой. Чтобы любезный читатель -- ну что поделаешь, Дневник у меня публичный, я периодически вывешиваю его в Интернете, печатаю в "толстых" журналах и отдельными книгами -- не мучился в неизвестности, сразу сообщаю и название московской фирмы "Альт вояж". Нешуточное, знаете ли, название, "путешествие на высоком уровне" -- и сразу же центровой для Москвы адрес офиса: Тверской бульвар, 25. Я уверен, что это сообщение, которое можно квалифицировать и как жалобу трудящихся, и как антирекламу, лишь в малой степени компенсирует мои неудобства, испорченный отпуск и потраченные нервы.
Надо представить себе состояние человека, девять часов просидевшего в состоянии эмбриона в самолете, желающего передохнуть, поесть, наконец, познакомиться с городом, транспортная система которого даст сто очков вперед Москве. События разворачивались в двух планах: бюрократическом и организационном. Я уже не говорю, сколько раз с перерывом в полчаса, в час, в два звонили мы то в Москву, то в фирму, которая принимала нас сейчас. Это напоминало русскую народную песню и молодежную игру, когда одна сторона, как в кадрили, наступает -- "А мы просо сеяли, сеяли", а потом другая ей весело отвечает "А мы просо вытопчем, вытопчем". Москва говорила, что деньги она перевела чуть ли не в декабре. Фирма в Бангкоке так же уверенно отвечала: московских денег Бангкок никогда не видел. В одном Москва и Бангкок были едины: и там, и там твердо говорили: перезвоним вам через пять минут или через час, и не звонили.
Довольно быстро обнаружилась любезная гостиничная альтернатива: мы вносим залог в 300 долларов, который нам вернут, когда выяснится, что мы честные люди и не самозванцы, а фирма, принимающая нас, а также фирма, отправившая нас из Москвы, -- честные и добросовестные предприниматели.
Вставной эпизод -- экскурсия в Королевский дворец
в Бангкоке и поездка по реке
Долго на пляже в Пхукете я размышлял, куда этот эпизод поместить. Но самое главное, как его полностью и в деталях вспомнить. У человека, подробно пишущего дневник, со временем вырабатываются два свойства. Первое -- чувство обязательности перед своей работой: случилось -- запиши. Чем подробнее работа, тем большее значение имеет каждая деталь. Второе -- вырабатывается особый вид памяти, на незаписанное. Оно с силой и настойчивостью удерживается в сознании, иногда доставляя даже мучения, а потом, когда оказывается записанным, начинает тонуть и становится в ряд с другими. Так и здесь, эта удивительная экскурсия держится в памяти, я ее, сосредоточившись, искусственно удерживаю и каждый день, как кинокартину, прокатываю в памяти.
Основной тезис нашего поведения в Бангкоке был таков: что бы завтра ни произошло, того, что случилось, у нас никто не отнимет. Как там сложится завтра, улетим ли мы на Пхукет, отложим как долг, который все равно нечем платить.
В назначенное время появился молодой гид Ермек, потом еще несколько вполне довольных жизнью экскурсантов, подъехал маленький автобус. Пока ехали по городу к Королевскому дворцу, Ермек очень толково рассказывал. Тайланд -- королевство. Король в народе любим. В отличие от английской королевы обладает некоторой властью над армией. Королевство, ранее Сиам, единственное государство Юго-Восточной Азии, которое никогда не было колонией. Король Сиама очень давно выбрал себе могущественного союзника, с которым ни Англия, ни Франция ссориться или воевать не хотели. Этот союзник -- Россия. Другой особенностью развития страны было то, что принцы, будущие короли получали серьезное образование в Европе. Нынешний, например, король по образованию инженер. В Бангкоке покажут большой мост, выполненный по его проекту.
Тайланд -- этого я совершенно не ожидал -- экономически развитая страна. Почти все автомобили, которые бегают по тайским дорогам, местного производства и сборки. Тайланд производит много своего текстиля и является одним из основных мировых поставщиков риса. Китай производит риса больше, но больше его и потребляет. Удивительно, но лишь 6% национального дохода Тайланду приносит туризм. Собственно в Бангкоке нет как такового центра города. Один из прежних королей, видя печальный опыт европейских столиц, распорядился строить официальные здания и располагать банки по всему городу. Именно поэтому здесь так наглядны социальные контрасты: дворцы буквально соседствуют с хижинами. Именно поэтому стоимость жилья почти не зависит от его месторасположения. Наконец, последнее: в Тайланде одна из наиболее развитых в мире банковских систем. И коли я опять коснулся короля, то сведения из другого источника. В отеле на Пхукете -- добрались, добрались -- по стенам развешены фотографии, видимо, конца ХIХ или начала ХХ века. На одной из них запечатлены Их Величество король Рама V и целый строй молодых королевских отпрысков, принцев. Они сфотографированы перед отправкой на учебу на Запад. Все они во фраках или смокингах, в жилетах и цилиндрах. Принцев на фотографии -- я пересчитал -- одиннадцать!
Но, кажется, мы уже подъехали к Королевскому дворцу, и наш гид делает заявление, которое, правда, не шокировало нашу группу, но некоторых привело в недоумение. И я чуть позже все разъясню, но пока два соображение. Особенность бангкокского городского пейзажа -- буквально гроздья электрических проводов, висящих вдоль обеих сторон улиц. Все, кажется, обнажено и опасно. Провода переплетаются, соединяются в толстые жгуты, виснут беспорядочными бородами на изоляторах. Такое я видел и во Вьетнаме. Я всегда относил это на счет экономической отсталости, недостатка средств, но оказалось, что причина проста: болотистая почва долины реки. Вода может оказаться в полуметре от поверхности, закопать электрические коммуникации в землю невозможно. Второй неожиданной спецификой оказался закон о запрете на работу иностранцев в некоторых профессиях. В частности гидами. Причины понятны: дать возможность работать своим. На деле, по крайней мере, русского сегмента тайского туризма, это привело к тому, что рядом с работающим русским гидом в машине всегда сидит, изображая гида, таец. Но подобной двойственности невозможно соблюсти, например, в королевском дворце. Наш гид Ермек все это объяснил, но закончил неожиданно: по дворцу и в Храме Изумрудного Будды вас будет сопровождать и вести экскурсию гид Лили -- трансвестит. В нашем минивэне повисла секундная пауза, дамы не дрогнули, мужчины не крякнули.
На стоянке, в условном месте нас встретила эта самая Лили, я бы сказал, обычный высокий парень, в джинсах, рубашке, может быть, чуть длиннее, чем принято -- у кого? у нас? у них? -- волосы, может, чуть больше на пальцах колец, браслетов на запястьях. В руках довольно большой синий подвыцветший зонт. От солнца? А скорее, чтобы группа всегда видела, где ее гид. "Ребята, ребята..." -- только так наш новый гид обращался к группе. Словарный запас очень небольшой, но все показывает, называет все своими словами. Голос хриплый, говорит как бы гортанью. В конце экскурсии, когда в очередной раз кого-то ожидали и возникла пауза, я задал вопрос, который всегда задаю всем экскурсоводам и гидам-иностранцам: "Где и как учили русский язык?". Лили ответил(а) очень просто: "Я за три месяца выучила язык в Тайланде, здесь. Очень нужна была работа". Моего опыта визуальной идентификации определенно не хватало. Я так и не очень понял, кто перековался в кого. Кажется, все же это в прошлом был парень, который решил похлебать другого лиха.
И королевский дворец, и Храм Изумрудного Будды -- все это интересно. В прошлый раз, когда я был в Тайланде, из-за тесноты и неудобства эту знаменитую скульптуру, величиной чуть больше локтя и выполненную, конечно, не из изумруда, из нефрита, я почти и не разглядел. Но тогда в сам Храм, кажется, и не пускали, смотрели с порога. Или теснота была? Потому что, помню, тоже снимал ботинки. Теперь все это разглядел довольно подробно. И трон короля, и трон Будды. Все в золоте, по периметру здания на ветру развешенные колокольчики. По традиции три раза в году -- в Тайланде лишь три сезона погоды, вместо наших четырех, нет лета -- эту святую скульптуру переодевает в золотые одежды, соответствующие времени года, сам король. Но нынешнему королю больше восьмидесяти лет, а трон очень высоко, вроде бы теперь этот ритуал выполняет старший сын короля. Сына этого в народе не любят, он замешан в каких-то криминальных историях, но любят дочь. Она немолодая дама, занимается благотворительностью и медицинскими исследованиями. После осмотра Храма и храмовых дворов -- все это не очень старое, где-то двести лет, перешли во дворец. Дворец -- как Букингемский: и обычные посетители, но и официальные церемонии, и государственные приемы. Тогда от посетителей дворец освобождают. Колониальная архитектура середины ХIХ века Доступен для осмотра лишь первый этаж. Здесь две коллекции -- средневекового холодного оружия и очень серьезное собрание оружия огнестрельного: револьверов, пищалей, мушкетов, небольших пушек. Что касается холодного вооружения -- ножей, пик, копий, крюков, топоров, сабель, мечей и кинжалов, -- то эта коллекции по мучительному разрушению человеческой плоти поразила меня даже больше, чем аналогичное собрание в Доме инвалидов в Париже. Эта же мысль о мучительном, изощренном умерщвлении такого уязвимого человеческого тела пришла ко мне и тогда. С этого начинался прогресс.
Наибольшее впечатление произвели старинные деревья "банзай", растущие в кадках и горшках на территории дворца и храма, и выставленная в одном из храмовых дворов модель знаменитого храмового комплекса в Камбодже.
После этого другая экскурсия -- прогулка по реке -- река очень немалая. Из лодки видны огромные новые здания Бангкока.
Свободное копирование
