11 ноября, четверг. Весь день приводил в порядок дневники и написал страничку в книгу о Вале. По радио объявили о новой русской сенсации: 11 русских разведчиков, высланных из США, -- это результат предательства нашего полковника Щербакова, который много лет работал в Американском отделе Службы внешней разведки. Раскопал это все "Коммерсант". Потом выяснилось, что вроде бы его дочь уже давно живет в Америке. Когда предавал, то ведь отчетливо понимал, чем все это могло закончиться для большого количества людей. Но каков и аппарат, следящий за кадрами! С другой стороны, если так воруют депутаты и сенаторы, то почему бы и мне не воспользоваться тем, чем я владею. Здесь есть возможность вспомнить Жванецкого: каждый крадет то, что охраняет. А что касается людей -- это не в счет.
Вечером ходил на концерт оркестра Олега Лундстрема в зале Академии музыки им. Гнесиных. Кстати, с этой фамилией вспомнился и эпизод, как с работы прибежал оживленный отец и сказал, что теперь меня будут учить музыке. Отец тогда был заместителем военного прокурора Москвы, начальником судебно-гражданского отдела, и в его распоряжении находилась вся, практически, жилплощадь Москвы. Тогда же было произнесено имя -- запомнил, как экзотическое, мудреное, а детская память цепкая -- Елена Фабиановна Гнесина. Видимо, тогда еще не старушка, она обратилась к отцу, скорее всего по поводу квартиры для кого-то из своих друзей или учеников. Тогда же мы взяли напрокат пианино. Подумать только, 43-й год! Пианино забрали, когда арестовали отца.
Концерт шел по программе абонемента "Джаз со всеми остановками". Дирижировал Борис Фрумкин, общее направление -- "На волне Бенни Гудмена". Исполняли исключительно американских авторов, имен -- тьма. Это особая область жизни, отношений и искусства. В оркестре сидели почти исключительно русские парни -- трубачи, саксофонисты, барабанщик, контрабасист и играли очень здорово. Едва ли не каждое соло встречалось аплодисментами. Но публика, в основном, была немолодая. Валя джаз любила, и этот концерт ей бы понравился. Мне тоже почти все понравилось. Но невольно начинаю сравнивать с симфонической музыкой, с концертом РНО, на котором я недавно был. Нет, джаз вовсе не "музыка толстых", но, конечно, это музыка поверхности, земли, травы, асфальта. Симфоническая музыка, как правило, идет вглубь, к корням, поднимает в тебе пласты раздумий об истоках, о сути, о смысле жизни.
Свободное копирование
