6 ноября, суббота. Утром отправился на дачу грести листья, обрезать сучья и отсыпаться. По Киевскому со скоростью свыше ста км доехал за час двадцать минут. Начал читать огромную и скучную, особенно поначалу, работу Марка Максимова.
События дня. Избили до полусмерти корреспондента "Коммерсанта" Олега Кашина. Он в больнице, в искусственной коме. Как корреспондент он, в основном, освещал митинги, уличные шествия, деятельность диссидентов и т.п. Предполагается, что это месть за профессиональную деятельность. На Кубани в одной из станиц сразу вырезано 12 человек взрослых и детей. Это произошло в фермерском доме, но главной жертвой, на которую и было, видимо, нацелено все преступление, стал коммерческий директор одной из крупных ростовских фирм, торгующей подсолнечным маслом. И, наконец, третье -- против депутата Госдумы Ашота Егиазаряна возбуждено уголовное дело по статье "Мошенничество". Егиазарян сейчас, и уже давно, за границей, возвращаться, чтобы себя защитить, пока что-то не собирается. По версии следствия, беглый армянин похитил деньги, выделенные на строительство гостиницы "Москва", и средства, предназначенные для возведения торгового центра на Рублевке.
Не могу не процитировать дальше "избранные места" из воспоминаний Леонида Иванова "Сборище гениев". Еще раз поздравляю его и редактора альманаха "Проза с автографом" Владимира Крымского.
"Кстати, то, что говорила поэтесса мужу, слово в слово, даже еще мощнее, но в узком кругу, повторял своей жене поэт Евгений Рейн:
-- Я -- гениальный еврейский поэт, а ты русская б...! (понятно, в пылу женам и не то отчебучивают; в Англии, вроде, до сих пор есть закон, разрешающий и лупить жену, но до одиннадцати вечера, чтобы не мешать соседям).
Рейн обычно не говорит, а вещает; громовым голосом произносит категоричные, рубленые фразы (они -- как некие проповеди из загробного мира -- их никто не смеет опровергнуть), но, будучи прекрасным собутыльником, громовержец, выпив и размякнув, уже выступает менее пламенно, позволяет спорить с собой, оговаривается -- "на мой взгляд"; бывало, даже подтрунивал над своими первыми стихами -- "принес Пастернаку уродливые стихи". Известное дело, выискивать в человеке плохое не так уж и сложно, гораздо труднее разглядеть хорошее, и ко многому в Рейне можно придраться (к примеру, на вечере современной поэзии расхваливал дюжину еврейских поэтов и при этом не упомянул ни одного русского), но позднее, на вечере памяти поэта Юрия Кузнецова, сказал:
-- Двадцатый век начался с Блока, а закончился Юрием Кузнецовым".
Свободное копирование
