25 апреля, воскресенье. Утром прочел довольно большой материал Веры Матвеевой. Честно говоря, я не ожидал, что она обретет свой стиль, но, кажется, -- а это у писателя главное и основное -- произошло. Правда, все это слишком близко к самой Вере -- дневник двенадцатилетней школьницы. Почти "Школа", которая сейчас идет по ТВ. Своеобразная лексика, особая изюминка -- невероятно подробное и по объему большое перечисление названий фирм, производящих косметику, одежду, игрушки. Этот прием я освоил еще лет тридцать назад, может быть, став его изобретателем, в рассказе "При свете маленького прожектора".
Дома в почтовом ящике меня ожидала вырезка из газеты "Культура". Интервью с писателем Эдуардом Лимоновым. Он ничего не сказал о самом литературном процессе -- "Я недостаточно информирован о современной русской литературе". Сказал о чтении: "Я не читаю романов и рассказов. Только биографии великих людей и эссе". Тем не менее, о современных писателях: "Ужасающе посредственны. Они нравятся многим, но ведь серых, посредственных людей всегда много".
Из показавшегося мне значительным -- его отношение к Наталье Медведевой. Это, наверное, потому, что все здесь похоже на меня. "Я любил ее, и после ее смерти много размышлял о ней и разговаривал с ней вслух. Ну да, с мертвой... Спорил с ней..." С Валей я никогда не спорю, конечно; в отличие от Медведевой, которую муж называет "неумной", Валя была и умнее и талантливее меня. Честолюбия и терпения в ней было меньше.
Основная, обжигающая мысль интервью: "Моя биография получилась такой, какая она есть, потому что я никогда не оставлял без мгновенного ответа вызовы судьбы. Появлялась малейшая возможность -- и я ее использовал, тогда как другие боялись, медлили и бездействовали".
Свободное копирование
