10 апреля, суббота. В институте день открытых дверей. Встал рано, прикинул, что надену новый костюм. Написал короткое представление на диплом для Надежды Васильевой, талантливой девушки из семинара Вишневской, и двинул в институт. Москва не пустая, но на машине долетел минут за тридцать.
Все как обычно, конференц-зал набит молоденькими девушками и их родителями. На этот раз преподавателей поменьше: уже не сидит Владимир Иванович Гусев, нет Зои Кочетковой. Все выступают в заведенной последовательности: ректор, проректор М.Ю. Стояновский, проректор Л.М. Царева, потом В.С. Модестов, потом я. Миша в своем выступлении куртуазно оговаривается: "ректор сказал практически обо всем главном...". Я, когда подходит моя очередь, продолжаю: "так как сказано о главном, поговорим о таланте в литературе...". Говорил о среднем, скорее маленьком писателе. Потом, когда общая часть закончилась, начали уже в 23-й большой аудитории вместе с Инной Ивановной Ростовцевой "круглый стол". Говорили совместно о таланте, о слове, из которого необходимо выращивать смысл.
В самом начале этого "круглого стола" я попросил поднять руки тех из ребят, кто собирается поступать на драматургию, -- подняли только трое. Вопросов интересных не было, в основном, техника -- сколько писать и на какой адрес высылать написанное. Приятно, что до сих пор в сознании народа литература -- занятие престижное.
После встречи с ребятами, зашел в деканат. Там одиноко сидит Мария Валерьевна, мне показалось, что у нее натянутые отношения с ректором. Она-то мне и сказала, что за те два часа, что я занимался студентами, на подлете к Смоленску, куда направлялся, чтобы посетить Катынь, разбился президент Польши. Живых в потерпевшем аварию президентском самолете не осталось никого. Я автоматически и безрадостно подумал, что Смоленск для поляков всегда трудный город.
В четвертом часу все же уехал вместе с С.П. на дачу. У нас здесь тесный союз: и он, и я отчетливо понимаем, что оба так много работаем, что хотя бы раз в неделю надо быть на воздухе. Меня еще беспокоит и мой огород.
Полил в теплице старый щавель, потом пообедал с С.П., потом час или полтора смотрел телевизор. Сначала в программе "Максимум" давали "светскую хронику" -- показывали разные "личные" эпизоды из жизни Димы Билана, Николая Баскова и еще двух или трех певцов, мне не очень известных, но, видимо, у публики имена их на слуху. Почему, дескать, они не женятся. Все это с явными намеками на гомосексуальность -- не по заказу ли власти, таким вот дрянным образом создающей видимость абсолютной гласности, которая, конечно, уже у нас исчезла.
Перед сном я внимательно посмотрел, как Толя Королев сократил моего Кюстина. Он, конечно, прирожденный редактор -- сделал все аккуратно и вдумчиво.
Свободное копирование
