1 сентября, понедельник. Начало учебного года. Погода холодная и мерзкая, началось похолодание еще позавчера. В воскресенье на даче утром было восемь градусов, дождит. Утром еще проснулся простуженным, горло запеклось, потому что нос забит и всю ночь дышал ртом. Опять по этому поводу вспомнил Валю.
Несмотря на погоду, все наши студенты -- и очники, и заочники -- собрались во дворе плотной, неохватной массой. С некоторой грустью я посмотрел на них, сколько здесь похороненных надежд. Впрочем, когда рассматриваешь наш справочник обучавшихся в институте, то видишь, что не так уж и много, имея в виду специальность, не откликнулись своим, хоть каким-нибудь творчеством на зов своей специальности. Сейчас я особенно часто лезу в эту книгу пока составляю словник и вижу, как вовремя и довольно точно мы ее сделали с помощью С. Чупринина и В. Огрызко.
К своему удовлетворению я заметил, что ректор очень много набрал, быстро и хорошо учится, его речь была точна и по сути, очень верной, в том же ключе, как вижу институт я. Выступая вторым, я, собственно, повторил и уже без цитат, развил нашу общую мысль, что в нашем институте знания и академические дисциплины не главное, я это выразил, как самостроительство собственного духовного мира. Потом выступали декан М.В. Иванова, Андрей Василевский, А.С. Рекемчук. Довольно скоро, после окончания митинга, попив чаю с запрещенными мне к употреблению сладостями, я уехал домой, потому что обещал прийти Коля Чевычалов с Володей Муравлевым. Ребята принесли с собой бутылку шампанского, посидели, поболтали, меня они очень интересуют как некий феномен подъема с низа социальной лестницы и как некая особая порода людей, выведенная специфическим искусством: это как гладиаторы в Древнем Риме. Вдобавок ко всему Володя еще и из Ташкента, который с юности в моей душе. Я все-таки когда-нибудь, если успею, напишу о том, как в двадцать лет человек берется за главную роль в балетном спектакле. Как и каким образом с детским лицом и детским умом взяться за такой масштаб и взрослый духовный объем!
Ашот опять положил мне в почтовый ящик вырезку из "Коммерсанта", он уже давно понял, что меня особенно интересует. На этот раз это материал о явлении в дом к Эдуарду Лимонову судебных приставов. Суть дела газета излагает так: "Судебные приставы арестовали вчера (газета от 27 августа) имущество лидера запрещенной Национал-большевистской партии Эдуарда Лимонова и запретили ему выезжать за границу. По решению суда политик обязан выплатить московскому мэру Юрию Лужкову 500 тысяч рублей в качестве компенсации морального ущерба за высказывание о том, что московские суды подконтрольны мэру. Поскольку оппозиционер заявил, что денег у него нет, приставы арестовали его имущество: мобильный и стационарный телефоны, обогреватель, кресла и несколько книг, оцененных менее чем в 15 тысяч рублей". Власть не дремлет!
Первого сентября Медведев, как и в прошлом году, встречался с совсем маленькими школьниками. Делает он это спокойно и ласково. Путин же на Дальнем Востоке оказался в тигровом заповеднике, где собственноручно усыпил тигрицу, всыпав ей из ружья заряд снотворного, а потом трогал ее за лапу и морду. Путин -- один из самых выдающихся специалистов по пиару. Он уже летал, спускался под воду, надевал морскую и летную форму; мы его видел на лыжах, на охоте, с обнаженным торсом, в смокинге, на ковре боевых искусств, в белом халате, гневным, раздраженным, выдержанным, спокойным, правда, всегда умным и всегда заинтересованным. Браво!
Свободное копирование
