17 августа, воскресенье. Вчера вечером перед сном начал, а сегодня утром, еще поднимаясь с постели, закончил огромные мемуары Неи Марковны Зоркой о том, как в 68-м году ее исключали из партии. Давая мне этот номер журнала с материалом, Андрей Василевский предупредил, чтобы я не особенно от него что-то ожидал, потому что он менее сильный, чем два отрывка, напечатанных в "Искусстве кино". На меня, хорошо знакомого с эпохой, эти страницы произвели не меньшее впечатление. В первую очередь мотив собственной, внутренней трусости интеллигенции и ее "комплекс Иуды", о котором покойная Зоркая пишет. Как я все это хорошо знаю и как тяжело от подобного же освобождался. Знаково, и это надо не забывать, что у Зоркой полностью отсутствует мстительный момент. Написано все не для того, чтобы из-под крышки гроба указать на кого-нибудь пальцем и навесить ярлык, нет даже к своим врагам ни злобы, ни презрения, холодная констатация фактов, все внутри истлело и ушло с дымом.
Свободное копирование
