7 марта, пятница. Определенно и наконец-то выспался. Правда, ночью просыпался, просматривал отдельные листки рукописи, снова засыпал. Утром, закончив чтение, к одиннадцати часам пошел ходить по нашим дорогам. Запущенный организм уже не починишь, но...
В "Российской газете" большое интервью с Анатолием Гладилиным. Он выпустил свои мемуары. Общий тон интервью очень -- как всегда бывает у Анатолия -- доброжелательный. Много говорит о своей работе журналистом в Париже на "Свободе", хорошо относится к этой профессии. Среди прочего жалуется, что в Москве его никто не позвал на работу. Говорит много о своей многолетней дружбе с Вас. Павл. Аксёновым. По моим сведениям, слава Богу, больному Аксёнову вроде бы стало лучше.
Вечером взялся читать в "Новом мире" этюды к будущей книге о Блоке Владимира Новикова. Ему, Вл. Ив., уже исполнилось шестьдесят лет. Пока только начал, но мне показалось, что это достаточно серьезно, идет не по внешним вехам биографии, а залезает внутрь, в сокровенное, в биологическое, которое неразделимо с творческим. Пока много еще и неизвестных мне бытовых подробностей. Почему к Блоку я всегда относился холодно Из самого поверхностного: сколько, оказывается, сил надо было в детстве вколотить в ребенка, чтобы из него получился знаменитый поэт. В Пушкина в этом смысле (лицей!) было вколочено не меньше.
Свободное копирование
