16 февраля, суббота. Утром читал "Российскую газету" за пятницу. Уже давно приспособился отбрасывать разную ерунду. Опять заметил, как неглубока критика искусства, особенно театральная часть. Именно после статьи в газете о постановке "Горя от ума" пошел в "Современник" и ушел после первого акта. Вот сейчас рецензия на "Электру" в Мариинке Рихарда Штрауса, как рецензия неглубока, комплиментарна, будто автор, как, впрочем, и не запомнившийся мне автор рецензии на спектакль в "Современнике", остерегается, что если напишет "плохо", его в следующий раз не позовут. А казалось бы, Москва переполнена профессионалами.
Что бросается в глаза и потрясло -- это статьи об убийствах. Слава Богу, что Бадри Патаркацишвили, грузинский олигарх, соперник Саакашвили на последних президентских выборах, объявленный в розыске по иску России, умер, судя по данным анатомического вскрытия, своей смертью, просто от инфаркта! Сколько же домыслов пишется каждый раз по любому подобному случаю! Но страшнее другое -- только что убили руководителя прокуратуры Саратовской области Евгения Григорьева. Из пистолета во дворе собственного дома. Судя по всему, был честный и порядочный человек. Убили в 46 лет. Еще до того, как стал прокурором области, возглавил отдельную следственную группу. "В результате ее работы десятки криминальных авторитетов отправились за решетку". Стал областным прокурором в 2006 году. Вот тогда, наверное, и объединились уголовные и административные силы. Естественно, все спецслужбы от комментариев отказались, но неофициально газета приводит это высказывание, полагают:
"Такого рода дерзкое убийство мог совершить только очень влиятельный человек или клан, которому прокурор сильно мешал. То есть смерть прокурора могла стать результатом мести за громкие разоблачения и возбуждение уголовных дел против высокопоставленных чиновников области. Как известно, была под следствием даже жена бывшего главы региона". Но под оком прокурора оказывались не только вороватые дамы. "Многим сотрудникам, в том числе районным прокурорам, имевшим, скажем, неоднозначную репутацию, пришлось уйти...За решеткой оказались сразу несколько высокопоставленных чиновников. За взятку на семь лет был осужден местный министр сельского хозяйства Александр Несмысленов, реальные сроки лишения свободы получили также бывший зампред областного правительства Николай Курапов, министр дорожного строительства Георг Джлавян и его брат Шамир, возглавлявший саратовский филиал "Росгосстраха". По итогам прошлого года Саратовская область заняла первое место в Приволжском федеральном округе по числу лиц, осужденных за взятки".
Читая эти строки, я все время представлял такую картину. Приезжает, скажем, многоуважаемый В.В. Путин куда-нибудь в Саратовскую или иную область. Проводит важное совещание по инвестициям или национальным проектам. Телевидение показывает нам сосредоточенные физиономии местного "партактива". Какие хорошие костюмы и галстуки, какие уверенные массивные фигуры, какие понимающие и честные взоры, какие симпатичные и открытые лица! Но это они -- воры и взяточники! Но не говорите мне, что каждый чиновник должен быть взяточником!
Наша русская жизнь изнемогает в этой двойственности. Иногда это прорывается в совершенно неожиданных областях и сторонах. В одном из своих интервью знаменитый внук знаменитой бабки Стас Пьеха сказал: "Уверен: когда-нибудь шоу-бизнес сам себя погубит. Люди уже сейчас стали чаще обращаться к штучному товару". Точно такое же положение в литературе. И литература уже раз сама себя губила, когда в начале девяностых годов, подчиняясь "спросу", стала издавать толстые журналы с Волкогоновым и Солженицыным тиражом в миллионы экземпляров. А публика перестала это читать.
В четвертом часу дня поехал в больницу за В.С. На этот раз ездил один, еще днем вместе с С.П. отправил Витю на дачу. Витю -- чтобы не закисал, и чтобы проверили собственность. Одновременно дал Вите поручение кое-что купить в "Перекрестке" и с дачи привезти горшочки для рассады. Опять потянуло что-нибудь выращивать. Операция по переезду, хотя и представляла некоторые сложности, но я с нею справился, технология была уже нажита. Здесь я опять поблагодарил обстоятельства, что в свое время В.С., по-своему коллекционировавшая шубы, купила дубленку до пят с капюшоном. Я даже на ноги ничего дополнительного В.С. не надеваю, ее шерстяные носки, ноги в тапочки, внизу в вестибюле ее, уже одетую в байковую пижаму поверх зеленой униформы, в которую все больные облачаются для гемодиализа, кутаю в шубу, надвигаю капюшон и скорее в машину. Таким же образом во дворе: сразу же в подъезд.
День оказался большим и просторным. Утром работал с дневником, разбирал бумаги на письменном столе -- сколько бы я их не убрал, они прибывают еще быстрее, ответил кое на какие письма: Володе Архипову в Краснодар, потом Г.Г. Зарееву, потом Юре Беликову. Юра приезжал в Москву, взял у меня интервью, потом напечатал у себя в краевой пермской газете блестящий материал. И заслуга здесь не моя, а именно его, все на равных. Прочитал также две рецензии на "Театральный роман" в театре, которые написали Марк Максимов и Саша Киселева. Но как написали, сколько увидел всего нового и знаменательного! Воистину, кто хочет кем-то стать, тот и учится. Я опять делаю заключение: упорно учатся только те, кто по-настоящему талантлив. Эти стараются брать везде. Потом прочел материал новой девочки, фамилия ее кажется Щербакова. Что она талантлива, это бесспорно, как всегда не хватает масштаба и богатства языка.
Весь вечер В.С. с наслаждением смотрела телевизор. Меня сон сморил уже в одиннадцать. Я опять по своей любимой программе смотрел две передачи: одну -- про Галльскую войну Юлия Цезаря, другую -- о том, как актер, игравший Александра Македонского в фильме Скорцезе, проходил военную и тактическую подготовку к фильму. Завтра Приштина объявит о своей независимости.
Свободное копирование
