13 февраля, среда. Сегодня моя очередь ехать к В.С. Чувствует она себя очень неплохо, плохо контролируемой оказывается только еда. Всегда очень сдержанная в питании, В.С. несколько в последнее время расходится. Я застал ее, доедающей коробку халвы. Остальное все, как обычно, кроме одного не очень приятного известия. Я поговорил с Натальей Ивановной, и причины оказались и мною понятыми, и основательными. Здесь и главный врач, и какой-то спонсор, в общем оба одноместных бокса в мужском отделении, где лежит В.С., будут заняты под спецпациентов. Ее переводят в дальнюю большую палату. Возникнут трудности с туалетом, потому что женский туалет лишь в другом конце коридора. Я тут же решил купить биотуалет и поставить его в другом конце коридора.
Еще во вторник на кафедру зашел Олег Зоберн и принес мне свой очередной рассказ. Напечатан опус в глянцевом "Esquire".Я взялся пропахать журнал с самого начала, пока не добрался до рассказа. От журнала впечатление светской необязательности, будто это пособие для застолья и бесед в гостиных. Буквально про все, в том числе и про бездомных московских собак. Про книги -- "Книжная полка писателя Александра Ильичевского" -- это недавний победитель Букера с романом "Матисс". Что на этой полке Да хорошие в общем книги, которые молодому эсквайру читать некогда. Свой рассказ Олег придумал очень здорово, но это не рассказ, а расширенный анекдот. Из квартиры выносят вещи. За бортом, об этом читатель должен догадаться, собственно вся история, какое-то мелкое или покрупнее преступление, может быть, даже наезд на дороге, по поводу которого герой договорился с милицией, и вот теперь у этого героя милиция в качестве платы за пособничество выносит, подбадривая бедолагу, из квартиры все вещи.
Когда Толик, закончив работу, уехал в общежитие, сел читать газеты. В "Литературке" много разнообразной хроники и мелких рецензий-анонсов, которые я, если они не написаны здорово и хлестко, не очень люблю. Но есть и несколько больших статей. Это развернутая рецензия на постановку в Мариинке оперы Рихарда Штрауса и статья Александра Мелихова "Требуются аристократы". О необходимости для государства создания новой элиты, которая, по мысли автора, должна сцементировать в новых иллюзиях и принципах страну. Это прекрасно понимал и Сталин, сразу после войны попытавшийся создать особое из приближенных, актеров, писателей и множества генералов общество. У Мелихова есть интересные, хотя и достаточно знакомые суждения. Подтекстом объяснение, почему Путин необходим, -- поиск вождя. Из суждений интересно об эффективности элиты. Второй подтекст -- о любви народа к Путину, как к некоей необходимости: "Когда россияне окончательно ощутят свою страну уважаемой и прочной, они снова начнут относиться к власти критически". Сейчас мы ее, конечно, немыслимо любим. У Мелихова с его постоянной темой есть и любимый пассаж: "В Советском Союзе консервативно настроенная часть общества упрекала евреев в том, что они живут в России ("а сало русское едят"), а сочувствуют своей исторической родине. В сегодняшней Америке эти же упреки звучат по адресу мексиканцев, итальянцев, греков -- и, к сожалению, совсем не звучат по адресу русских. Пора исправить это упущение -- разве нам (а также миру во всем мире) помешала бы пророссийски настроенная русскоязычная диаспора" Что мне, русскому, Гекуба Теперь главная цитата -- вернемся к истории и к нелюбви россиян к власти.
"Именно назло опротивевшей власти люди, ничего не понимавшие в производстве и торговле, проклинали плановую экономику и восхваляли рынок, который сам собой определит, что нужно производить и по какой цене. Люди, ничего не понимавшие в политике, страстно убеждали друг друга, что только демократия приведет к власти по-настоящему достойных. И конечно же, только мерзкая коммунистическая власть натравливала нации друг на друга -- без нее народы тут же сольются в мирных объятиях.
Однако реальность нанесла жесточайший удар всем иллюзиям. Рынок обернулся страшным падением производства. Демократия привела во власть небывалое количество откровенных прохвостов. И национальные республики ринулись прочь из интернационального единства. Не только не выказывая ни малейшей признательности за оказанные им (в мире иллюзий бесспорные) благодеяния и еще и предъявляя претензии за былые обиды".
Вечером опять заходил Толик Просалов, который просто мой спаситель, и мы с ним закончили словник. Дневник легче и интереснее писать, чем корпеть над вычиткой гранок и словником.
Свободное копирование
