28 мая, понедельник. Жизнь института перенесена на улицу, в наш скверик. Идут зачеты, и студенты обсуждают учебные проблемы, рассевшись не только на лавках, но и на газонах. Это довольно пестрое и яркое зрелище. Такие все молодые, красивые, отвязные. С обозначением талантливости дело хуже. Девушек для института нашего профиля многовато.
Атмосфера внутри менее радужная. У меня на столе бумага с прогулами студентов, есть и мои. Деканат, как всегда, грозит отчислениями. Полагаю, здесь есть и экономическая константа: вместо одного отчисленного очника можно взять десять заочников, потому что таковы министерские нормы. Общая масса оплаты здесь чуть ли не в четыре раза больше. Как и зимой, ожидаю чистку. Зимой, кстати, ребят отчислили, даже не посоветовавшись со мною. В этом смысле наш новый деканат - злой рок.
Езжу все время на метро - это нынче и прохладнее. и быстрее. С удовольствием наблюдаю в вагоне за молодежью. По поездному радио часто повторяется одна и та же фраза: "Граждане пассажиры, будьте взаимно вежливы. Уступайте места пассажирам с детьми и инвалидам, а также лицам преклонного возраста". Как талантливо юные делают вид, будто спят или так заняты своими мобильными, что не могут разглядеть стоящих перед ними стариков и старух. Иногда они читают газеты. По крайней мере, печать одухотворенности всегда присутствует на их лицах. Все, естественно, прекрасно одеты. Многие из этих мальчиков и девочек могли бы быть моими студентами. Теперь я представляю картину моего или наших педагогов "принципиального отношения".
Перед тем как уехать в больницу зашел в огромный универсам "Алые паруса" у нас на Большой Бронной. Цены здесь на порядок выше, чем в "Перекрестке", где я постоянно покупаю продукты. Здесь роскошная кулинария, экзотические фрукты, импортные овощи, целые прилавки рыбы, мяса и деликатесов. Выбрал в отделе кулинарии два блинчика с мясом. Утром я уже наварил киселя, купил в аптеке пачку влажных салфеток, в рюкзаке у меня и яблочный сок в двухсотграммовых пакетиках. Блинчики обошлись мне в 42 рубля, утренние салфетки - в 120. Покупая салфетки, вспомнил недавнее сообщение в прессе - фармацевтика стоит на первом или на втором месте среди других коррумпированных областей нашей жизни. А в очереди у кассы, ожидая, когда "настоящим" покупателям посчитают содержимое их тяжело нагруженных тележек, я подумал, какая же бездна людей стала у нас хорошо и дорого питаться. Впрочем, это район дорогих офисов, даже центральный офис НТВ рядом.
Но как же одна мысль цепляется за другую, только вслушиваясь во все контексты, можно составить более или мене полное представление о подлинном положении дел. Сегодняшний день у меня прошел под знаменем тотального чтения "Труда" и "Российской газеты". Так уж получилось: утром в метро до института, потом от "Тверской" - до "Бабушкинской". Но и в больнице я довольно долго читал, а одну статью даже вслух прочел В.С. Это у меня тактика - заставлять ее сознание работать, вспоминать профессию, слова, говоренные не только утром, но и вчера. Так вот, в газетах сегодня много не только интересного, но даже сенсационного. Об этом позже.
Не обязательная для меня статья в "Труде" об иностранных гастролерах. В ней высказывания Надежды Соловьевой, одного из крупнейших современных импресарио: ...звезды дорого стоят, а окажутся ли они по карману нашей публике? Ведь сегодняшняя цена билетов на Мадонну была около 150 у.е. Ну, правда, нынешние гости чуть поскромнее: на Осборна или "Металлику" можно попасть и за 40, а на "Аэросмит" - за 60. И все равно есть опасность, что эти шоу тоже могут остаться не полностью распроданными. Но эта цитата в моем понимании проблемы не существует без другой, которая делает картину менее благостной. И обе связаны со случайной мыслью в переполненном продуктовом магазине "Алые паруса": все ли мы стали лучше жить и питаться? Итак, снова Надежда Соловьева: С грустью замечу: все вышесказанное относится прежде всего к Москве и Петербургу. В глубь России большинство западных звезд не заезжают - в одной из богатейших стран мира зарплаты таковы, что ни на какую Мадонну у публики не хватит денег.
Две еще очень интересные статьи в "Труде" - о 20-летнем юбилее посадки немецкого мальчика-пилота Руста на Красной площади и об одежде наших войск. Войска сегодня экипированы из рук вон плохо. Никакого сравнения с военной формой советской поры и быть не может. Всех ограбили и раздели: и солдат, и генералов с офицерами. А вот полет Руста нынче рассматривается гениально спланированной акцией, позволившей, как и в 37-м году, вычистить командный состав армии. Каждая строка в этой большой статье несет интереснейшую информацию. И как не было бы мне все это интересно, но не переписчиком же цитат я работаю. Тем не менее. Начну с мнения специалиста.
Генерал армии Петр Дейнекин, главком ВВС РФ в 1991-97 годах:
Нет никаких сомнений, что полет Руста был тщательно спланированной провокацией западных спецслужб. И что самое важное - проведена она с согласия и с ведома отдельных лиц из тогдашнего руководства Советского Союза. На эту печальную мысль - о внутреннем предательстве - наводит тот факт, что сразу после посадки Руста на Красной площади началась невиданная чистка высшего и даже среднего генералитета. Как будто специально ждали подходящего повода...
Теперь некое подтверждение о руке собственной власти. Все это не укладывается в голове. Мысленно перебирая соратников Горбачева, вижу одутловатого приземистого человека, выдающего себя за крестьянина. А может, их там таких было несколько? Кто у нас в высшем эшелоне власти особенно хотел отделиться, чтобы стать мини-президентом?
"Когда ко мне подошли промышленники с просьбой выключить АСУ, - вспоминал потом В.Б. Резниченко, - я даже опешил. В воздухе несколько целей без "ответа", среди них то ли "воздушный противник", то ли "нарушитель режима полетов", а я возьму и аппаратуру отключу?! Кроме того, в войсках работала группа проверяющих из Генштаба, которая в любой момент могла "запустить" контрольную цель. Нет, АСУ я наотрез отказался выключать..."
Промышленники стали настаивать, и генерал-майор Резниченко потребовал от них официальную бумагу с подписью как минимум Главнокомандующего войсками ПВО. Оперативный дежурный был уверен, что такой документ ему вряд ли покажут. И очень удивился, когда "представители завода" буквально в считанные минуты принесли ему бумагу, подписанную главкомом...
"Я ведь и после этого не собирался выключать АСУ, - волновался от нахлынувших воспоминаний Владимир Борисович, - но мне стали угрожать: дескать, позвоним, куда надо, и неприятностей не оберетесь. Эх, если бы знать только, во что это потом выльется..."
И опять мнениеспециалиста. Игорь Морозов, депутат Государственной думы РФ, бывший полковник спецслужб, участник специальных операций в Афганистане:
Я считаю, что это была блестящая операция, разработанная западными спецслужбами. Спустя 20 лет становится очевидным, что спецслужбы, и это ни для кого уже не является секретом, смогли привлечь к осуществлению грандиозного проекта лиц из ближайшего окружения Михаила Горбачева, причем со стопроцентной точностью просчитали реакцию Генерального секретаря ЦК КПСС. А цель была одна - обезглавить Вооруженные силы СССР, значительно ослабить позиции Советского Союза на международной арене.
На обратномпути из больницы прочел дипломную работу Вадима Керамова. Как-то незаметно под сенью моего обучения прозаиков вызрел очень интересный поэт. Дипломная работа у него состоит из корпуса сильных и определенных стихов и нескольких страниц "этюдов". И даже в этой мелкой прозе есть вещи виртуозные и гениальные. Например, собака сапожника, обернувшаяся его женой. О стихах даже и говорить не приходится. Мощь и стоицизм постоянной мысли о смерти. Я невольно начинаю сравнивать эту поэзию со стихотворениями Максима, здесь меньше упора на Серебряный век, больше трагизма дня сегодняшнего. Есть строки просто прекрасные, но ведь не пробьется, потому что этот замечательно владеющий русской интонацией дагестанец - национально не самобытен. Так и будет раздвоен, со своим упорным бытовым мусульманством и страстью стать кем-нибудь в русской культуре. Собственно, он уже стал, но дальше не пустят, не пробиться. Все раздраженье выльется не на культуру, а на русских.
В больнице дважды за два часа походил с В.С. по коридору. Держится она уже почти неплохо. Если бы теперь полностью вернулось сознание. Там, на островах полного умирания, что-то при возвращении еще и осталось.
Свободное копирование
