24 января, суббота. Звонил утром из "Мосфильма" Орлов. Я не писал об этом, но уже давно ведутся различные переговоры относительно организации на "Мосфильме" неких курсов редакторов. Спохватились! То боролись с любой редактурой, цензурой, а теперь опомнились. Наши курсы корректоров в институте, которые мы превентивно открыли, пока работают на 1/5 -- 1/6 своей мощности. Но их могут хватиться, и скоро. С Орловым мы долго беседовали, обсуждая программу этих курсов, и я из своих скудных средств пытался выкроить какой-то курс, но для этого надо было сначала договориться с Минераловым, со Смирновым, и я отчетливо понимал, что всё это паллиатив, нужно было найти идеальную фигуру, и она нашлась -- я вспомнил о Петре Алексеевиче Николаеве. Дополнительным моментом явилось и то, что он живет от "Мосфильма" недалеко, совсем рядом. В смысле знаний и в смысле внутренней эмоциональности он, конечно, профессор-орган, может играть на любых трубках. Итак, утром звонили и Орлов, и Николаев. Орлов благодарил, Николаев советовался.
Газеты заполнены различными материалами по поводу "захвата дома на Поварской". Вырезки из газет на эту тему мне аккуратно сложил в почтовый ящик Ашот. Демократическая пресса, естественно, как бы всё переиначивает, и по поводу союза Василенко, и по поводу союза Казаковой, и даже по поводу "Дружбы народов". Я собрал свою информацию и узнал, что никто за аренду не платит, никто не оплачивает телефон и электроэнергию, вдобавок ко всему все эти региональные союзы, живущие в Доме МСПС, ведут против этого направления непрекращающуюся войну. А зачем? Газеты пишут, что, мол, старший Михалков собирается все это сдать под рестораны и казино. Ну что ж, все сдают, важно только -- на что пойдут вырученные деньги. Если они пойдут на попытку удержать русское пространство в странах СНГ -- это не так уж плохо. Замечательно, что в этой ситуации, чуть ли не обрадовавшись ей, вдруг отсветились, казалось бы, уже давно ушедшие с арены такие фигуры, как Черниченко, Оскоцкий. Оказывается, еще действуют. На самом деле силы сейчас поляризуются на другом принципе: за русское государство во главе с Путиным -- или за демократический бедлам. Бунимович и Швыдкой поддерживают выселенцев. А чего их поддерживать? Давно надо всех разъединить, развести по разным квартирам, кстати, и у Евг. Бунимовича и Мих. Швыдкого есть все, что надо дать этим союзам, чего они вожделеют -- помещение, ведь и в зоопарке не держат всех тварей в общей клетке! Идеологические против-ники, надо их разводить.
Вечером одна из телепрограмм нанесла удивительно мощный удар по министру культуры. Это в программе А. К. Пушкова "Постскриптум". При всей независимости автора программы, я не думаю, что подобная акция не была согласована где-нибудь достаточно высоко, а не только на уровне московского мэра. Скорее всего, это связано с очень уж заметной осью: Швыдкой -- Кобзон. Но вернемся к Швыдкому. Его били его же демагогией, по его же рецепту. Очень интересно говорили Юр. Поляков, Вас. Ливанов, Сав. Ямщиков, Ник. Губенко. Все люди заинтересованные, но по-разному. Вообще, в последнее время много идет разговоров и о коллекции Балтина, которую так эмоционально, на дворовом чувстве справедливости, Швыдкой собирается передавать Германии, и по поводу "Культурной революции", передачи Швыдкого. "Культурную революцию" я смотреть перестал, мне стало неинтересно, так как, хотя вопросы автором ставятся любопытные, но приглашается на это ка-кая-то несерьезная тусня. Швыдкой любит говорить, что готовит все четыре передачи за один день, в воскресенье, дескать, в свободное от работы время. Основная функция у министра культуры -- охранительная: не подрывать основ культуры, а сохранять их, "поливать маслом бушующее море".
Свободное копирование
