21 декабря, суббота. Сегодня вечером встречал Сару и Стенфорда, приезжающих на католическое Рождество из Дублина, но днем успел побывать у Миши Фадеева. Он делал небольшой прием в честь дам-дальневосточниц -- Нины Ивановны Великой (Великая на Тихом) и Нины Ивановны Дикушиной. Частично героем вечера был и я. В нашем издательстве вышла книга, составленная Н.И. Дикушиной из писем Фадеева. Писатели забыли, чью руку лизали, кто добывал для них ордена, тиражи, дачи в Переделкино, квартиры и ордена. Вот это желание востановить справедливость и заставило меня, когда узнал, что под каким-то благовидным предлогом "Современный писатель" (бывший "Совпис") отказал напечатать к юбилею эту книгу, ввязаться в процесс. Сделали тиражом в сотню экземпляров за месяц. Теперь для писателей Фадеев -- душитель их никчемной и продажной свободы.
До гостевого стола с салатами и прочей гастрономической разностью смотрели на видеопленке архивные киноматериалы, связанные с Фадеевым, -- в основном похороны и съезды. Самое интересное -- это похороны самого Фадеева. Правительство, вожди -- Хрущев, Микоян, Суслов, Ворошилов, литературные недруги -- Софронов и Сурков, которым он наплевал перед смертью своим прощальным, омытым кровью письмом в рожи, умывшись, вынуждены хоронить бывшего генсека литературы и меняться в почетном карауле возле его гроба. Сатрап, функционер, душитель словесности, плохой неискренний писатель, так почему же такая очередища в Колонный зал Дома Союзов, почему же такая сутолока на Новодевичьем кладбище Попутно заглянул в новое издание "Словаря" Казака. В статье космополитизм сказано: "Представить себе тон и масштабы начавшейся в 1947 году травли, зачинщиком которой стал Фадеев и которая была направлена против самых видных литературоведов и критиков (среди них В. Жирмунский, В. Пропп, Б. Эйхенбаум), изучавших влияние западноевропейской литературы на русскую, например, в эпоху классицизма или в сказочных мотивах. Кампания носила отчасти антисемитские черты". Бог с ним, с Фадеевым, но нашего русского иностранца, если он даже врет, доказывая, что не существовала самостоятельно русская литература, не трожь, не замай.