Дома пальто снять не успел. Звонок: Нарцисс! Бурей очищающей, на крыльях песни он врывается в тесную мою прихожую:
-Пригнали, пригнали!!! - кричит, и бенгальские огни прямо из глаз на бороду сыпятся.- Праздник, ах, праздник у нас! Пей, гуляй! Едем,- кричит Нарцис,- в ресторан едем, там ожидают. (Ну, да с меня причитается, святое дело...)
Он хватает мой рукав и тянет меня в мистическую ночь. Карнавальная ночь! Карнавальная ночь! Молодая Гурченко, молодой Рязанов, и я - молодой. Вечерний свет, прожектора, гремит оркестр, барабан и медные тарелки, и тапер на пианино лихо стучит, и ресторанные девочки выходят на музыку, и в танце красиво отдаются кому-то, а может быть, и тебе... И могучий завгар хохочет от этого, льется коньяк, зажигаются звезды, розовое тепло волной идет по залу, и все любят друг друга.
-Поедем в Сочи,- говорит Нарцисс,- у меня там женщина. В горсовете работает, дача шикарная...
Размечтался он, развалился и борода смотрится - уже классическая она, хрестоматийная. Возвращаемся поздно. Могучий завгар, легко преодолевая хмель, лично развозит нас, тепленьких, по домам. Я успеваю еще позвонить Юрию Сергеевичу, и тот говорит упавшим голосом, что поступила анонимка. Августейшая особа одна сообщила...
Первый испуг острый, как камень в мочеточнике, с невыразимой болью и мукой. Нужно сбросить, стряхнуть, но вечерняя усталость и алкоголь против меня. И еще опасен мгновенный переход-перепад из ресторанных радостей в осклизлые эти низины.
-На кого анонимка?
-На онкологов, а персонально неизвестно пока, завтра узнаем.
-Куда пришла?
-В облздрав...
Мысль в тяжелой голове моей, как мышка в лабиринте, помчалась, опять задергалась, запищала... В облздрав. Так. Значит, не на институт. Так. Так. Значит, практическое здравоохранение. Так. Так. Так. Августейшая особа тайно сообщила: "...учитывая дружеские отношения...". Так. У кого с Юрием Сергеевичем отношения дружеские? У меня. Так. Так. Кого, значит, имеют в виду - меня!!! И уже пулеметом: так, так, так! Так, так, так! А может, смысл совсем иной: "...учитывая дружественные отношения...". Августейшей самой особы и Юрия Сергеевича? Чтобы миром дело решить? Так... так... так... Знатоки против телезрителей. Эту задачу мне сегодня уже не решить. Завтра узнаем. Но завтра (ах, завтра!) у меня три операции, одна очень опасная. Женщине 72 года, громадная опухоль, анестезиолог не хочет давать наркоз. ХЭППИ-ЭНД, ХЭППИ-ЭНД, а что делать? Острую боль в душе я заменяю на привычный булыжник под ложечкой и сажусь писать статью, которая называется "Вклад в диспансеризацию". Завтра (опять завтра!) в десять утра моя секретарша положит уже отпечатанный текст на стол зам. редактора (как договорились!), а я в это время поеду за гинекологом в область (машина ведь есть!). Так будем выруливать!
Ночь плывет с перерывами, бессонница - толчками, и страхи цветные - демонические.
Свободное копирование
