Только в декабре батюшка вернулся домой. Внешне он очень изменился, сильно похудел, отечность ног совсем исчезла. Он мог уже говорить по два-три коротких слова, с ним можно было уже общаться. Но ни читать, ни считать мой муж больше не мог. Характер его также изменился, стал нервным, легко возбудимым. Со мной и посещавшими нас батюшка был до конца ласков и приветлив, но держать себя таким было ему нелегко. Он делал мне знаки рукой, показывая, что надо закрыть к нему дверь, не допускать посетителей. Только детям своим он радовался, обнимал, целовал их, и слезы часто катились из его глаз.
По указанию врача-логопеда батюшка начал учиться читать молитвы, знакомые ему с детства. И удивительно: слова Литургии и возгласы священника, которые не требовали напряжения ума, так как все это он всегда знал наизусть — эти славянские выражения батюшка мой вскоре начал произносить громко, без труда.
Свободное копирование
