Но надо было видеть радостные детские лица в Вербное воскресенье! В этот теплый весенний день, когда толпа ребятишек вышла после обедни во двор храма, я раздала малышам наши неудавшиеся просфоры. Дети были голодными, поэтому с жадностью кушали наши свежие просфорочки. Никого не смущало поджаренное донышко или разросшаяся румяная шляпка просфоры. Дети делились друг с другом, угощали родителей, каждый брал сколько хотел. А «бунтовщики»-старушки укоризненно качали головами. В наш адрес неслись упреки:
— Вот, мы берегли каждую горстку муки, а теперь видим такую расточительность! Это сколько же муки перепортила!
— Так что же никто из вас не пришел нам помочь? Зачем вы бросили все дела на произвол судьбы? — говорила я в оправдание.
Вскоре отец Сергий съездил во Фрязино к одной «взбунтовавшейся» просфорне и с трудом уговорил ее прийти и передать свое искусство кому-нибудь из нас. Иеродьякон Иероним и Ниночка (сопрано), помощница старосты, прошли у старушки «техминимум» и скоро научились сами печь просфоры.
А большие артосы в тот год помог мне дома в Москве испечь в электрической печке мой батюшка Владимир. У него и печать оказалась (наследство от матери), да и сам он не раз помогал своей родительнице месить и печь. Вспоминаю, что мать с сыном в те дни Страстной недели сорок лет назад посылали меня молиться об успехе их труда над артосами.
Свободное копирование
