авторов

1060
 

событий

148260
Регистрация Забыли пароль?
Мемуарист » Авторы » Nina1918 » Великая Отечественная Война (часть 4-я)

Великая Отечественная Война (часть 4-я)

20.03.1942 – 10.03.1943
Ржев, Тверская, Россия

Тула была окружена противником, но не сдана. В г. Ржев мы отмечали годовщину формирования нашей части. Была привилегия: не послали по воинским частям, в Военторге доволнительно к пайку могли купить продукты.

Была зима. Почти все дома разрушены. В частично сохранившейся школе проходило празднование. Мужчины нарубили хвойных деревьев, сделали аллею, из них при подходе к школе установили по коридору в школе. Мы пошили шторы из марли, покраили их краской – смесь акрихина с метиленовой синькой. Получился бирюзовый цвет. Украсили их розами, сделанными из бинтов. Покрасили в красный цвет фуксином и желтым акрилом, листья – зеленкой. Так было красиво!

Женщинам выдали отрезы на костюмы, к празднику их пошили. Туфли купили. Выглядели мы неплохо после кирзовых сапог и грубой солдатской одежды. Было приглашено высокое начальство. Заиграла музыка. И первым вышел на круг почти никогда не танцевавший мой муж, пригласив меня. Если бы он не успел, то кто-либо прикласил из высшего начальства (а нас было меньше, чем мужчин), тогда надо будет еще спрашивать разрешения, чтобы обратиться. Все наши, конечно, поняли, в душе посмеялись. Прошло очень хорошо.

Фото. Минькин, санитар. Киселева Н.В., Гаврилко Яков Яковлевич. Высшее фармакологическоеобразование (1918 - ....) г. Дно. 3-й Прибалтийский, СЭО № 46.

Дорогая Нина Васильевна! Моя замечательная и любимая однополчанка СЭО-овка!
Сердечно поздравляю Вас с Днем Победы!
Прошло 30 лет, как завершилось победой жестокая и тяжелая война, в которой нам пришлось участвовать с начала до конца, а все же время не стерло в памяти того, что пришлось вместе пережить. Прежде всего Спас-Деминск. Все мы считаем своими спасителями Вас с Л.В. А совместная работа в лаборатории, в самых плохих условиях. Лично я благодарен судьбе за то, что она свела меня в самые тяжелые времена с Вами – умной, энергичной, доброй и хозяйственной. Многому я научился от Вас, во многих ситуациях я прислушивался к Вашим советам, очень скорблю вместе с Вами. Недавно я встретился с Израилем Соломоновичем, он перенес тяжелый инфаркт, сейчас ходит, но еще не полностью выздоровел. Его жена тядело больна, прикована к постели. Я в 1971 году демобилизовался в звании подполковника, третий год работаю преподавателем в фарм.училище. Целую, Яша. Пишите о себе.

Это поздравление от Якова Яковлевича мне дорого.

  1. Получение его через 30 лет после окончания войны, не имя до этого связи, меня растрогало.
  2. Память и признание того, что весь наш отряд спасли от окружения и, может быть, гибели мы с Лидией Васильевной.
  3. Оценил мое влияние на него, с кем остаться: с фронтовой подругой  (Евгений Никифоровной) или с женой, ожидавшей ребенка. На тот момент его больше притягивала фронтовая. Но рассудок победил. И жене он говорил: если бы не Нина Васильевна, мы бы с тобой давно не жили.

 

Я у них была в Ленинграде, когда приезжала к дочери Ирине с внучкой Надей на ул. Тухачевского. Его Анечка была очень милая женщина, вырастили двоих сыновей. Яков Яковлевич и его жена умерли вскоре один после другого. Сначала ушла из жизни она, тогда он оценил ее: “Я и не знад, что я так ее люблю».

Из Ржева меня с мужем и Яшу Гаврилко послали в деревню Красный холм (07.01.1943 г.). Это были тылы нашей армии.

(Витя стоял около очень низенькой сараюшки, возвышаясь над ней. Пролетал очень низко немецкий самолет и дал очередь по нему. Пули рполетели мимо его головы, изрешетив крышу. Наших войск уже не было.)

Начальство проезжало и обнаружили там больных среди гражданского населения. Нами было обследовано 32 села. Зима была очень снежная. Машины по заснеженным дорогам не проходили, приходилось ходить пешком. Был обнаружен сыпной тиф. По заснеженным дорогам дезокамеры пройти не могли, обрабатывать пришлось другими способами. При обходе по домам, чтобы подойти к больному, надо было ногами раздвигать соломенные матрасы. Градусник берешь у больного – вши уже на тебе...

И вот, 13 февраля 1943 года я заболела сыпным тифом. 16 февраля меня на санях привезли в палалочный госпиталь в д. Семеновское, до установления диагноза положили в бокс, огороженный простынями. Положено было стричь, но меня, ради исключения, не остригли, а чтобы начальство не обнаружило, голову повязали марлей.

Головные боли были сильнейшие. Глаза из точки в точку переводить невозможно. Я стала просить, чтобы меня остригли, может быть, боли будут слабее. Меня перевели в общую палатку, человек на 18-20. Через головной конец и нодной протянулы жерди, сделан настил, соединяя их, на двух человек, разделяя простыней. Когда меня привезли, то приданная нам в помощь врач Ирина Вальдман поправлялась, ходила уже (из госпиталя нам дали 4-6 врачей в помощь). Но порядок был такой: посредине палатки бочка – печь для обогрева, сто, а больные должны лежать головой к «стенке» палатки, а ногами – к центру.

Я понимала, что палатка очень холодная, и набитую соломой подушку клала на голову, а на ночь ложилась головой к центру (переползала).

Больные, все гражданские женщины, поправлялись уже, разговаривали, и меня это очень раздражало. Я решила, что здесь я умру и сбежала. Хватились – меня нет. Пошли спать. Я завалилась в сугроб. Привели на прежнее место. Ирине стало хуже: переохладила голову, от менингита умерла. Какое-то время я лежала рядом с мертвой. Я была так истощена, что страшно было смотреть на свои руки. Туловище свое, сидя, держать не могла. Санитар меня поднимет, и я руки ему на плечи и всем туловищем на него навалюсь. Постепенно стала поправляться, но еще не ходила. Аппетит появился.

Наши войска пошли в наступление, СЭО их сопровождает – наша часть. Если меня оставить в госпитале долечиваться, то я могу не попасть в свою часть, направят в Западный полк, а оттуда – куда-либо. Поэтому Витя со Скульдицким (водитель нашей машины) забрали меня из госпиталя (10.03.1943 г. – а выписана была в Балашиху, в санаторий, для долечивания), и мы догоняем свою часть.

После боев все дороги были завалены разбитой техникой. Особенно трудно было переехать речку: берега крутые, дорога завалена машинами, вокруг все заминировано. В ночное время плохо видно. Я лежу на рабочем столе в машине, слышу, что у встречного военного спрашивают: “Как проехать через реку?” – «Никак не проехать. Только по воздуху.”

Опубликовано 17.03.2016 в 08:50
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2021, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Юридическая информация
Условия размещения рекламы
Поделиться: